Военно-технологический комплекс

Вообще, Palantir прекрасный пример того, как американские вооружённые силы зависят от технологического сектора, без которого решение вышеназванных амбициозных задач по внедрению ИИ в военную сферу было бы невозможным. Просто сравним капиталовложения технологического сектора и Пентагона в сферу ИИ. Так, по данным на 2023 год — при общем оборонном бюджете США в 766 млрд долларов, — расходы военных на исследования и разработки в области ИИ составили приблизительно 1,1 млрд. В том же году Apple инвестировала 29,9 млрд, Google — 45,4 млрд, Facebook* — 38,4 млрд, Amazon — 85,6 млрд, Microsoft — 27,2 млрд.

Поскольку программное обеспечение и данные непосредственно связаны с текущими операциями и требуют постоянного обновления, технологические компании всё больше интегрируются в вооружённые силы и сами участвуют в военных операциях. Кульминацией этого процесса стало присвоение летом 2025 года воинских званий топ-менеджерам таких компаний, как Palantir, Meta* и OpenAI. Таким образом, у вооружённых сил США складывается естественный союз с Силиконовой долиной, в формировании которого особенно заметную роль сыграли пять фигур — Питер Тиль, Илон Маск, Эрик Шмидт, Алекс Карп и Палмер Лаки. На наших глазах формируется гибридная конфигурация частного и государственного секторов, гражданско-военная структура — военно-технологический комплекс.

И как пресловутый военно-промышленный комплекс эпохи холодной войны, который стал в США государством в государстве, сформировав один из элементов deep state, так и военно-технологический комплекс, который сегодня всё больше влияет на ведение войны, начинает претендовать на политическую власть…

Проект maven: «Мы будем постоянно убивать людей»

Пожалуй, самым результативным проектом применения ИИ в военной сфере, который уже в настоящее время занял прочное место в «цепочке поражения» Пентагона, стал проект Maven, в реализации которого принимали участие Google, Microsoft, Amazon и Palаntir. Запущенный в 2017 году Maven официально предназначался, чтобы использовать ИИ («компьютерное зрение») для обработки видеоматериалов, снятых американскими дронами в Азии и на Ближнем Востоке. Но те, кто стоял у его истоков, изначально планировали использовать ИИ для чего?то гораздо более масштабного…

Разработчики Maven стремились создать единую цифровую платформу для объединения разведки, связи и операций. Идея заключалась в том, чтобы обнаруживать абсолютно всё на суше и на море, в воздухе и в космосе с помощью повсеместно распространённых датчиков, а затем в режиме реального времени выводить всю эту информацию на одном всеобъемлющем экране. Идеальный единый экран, призванный рассеять туман войны, и в будущем — мозг для ведения войны. Американская военная машина стремилась к всезнанию, вездесущности и всемогуществу

Как говорил полковник Корпуса морской пехоты Дрю Кукор, один из руководителей Maven, проблема заключалась в людях, они «неэффективны и устают», «а когда они умирают, это влияет на ход кампании». Он считал, что люди смогут добиться лучших результатов с помощью машин, а со временем человеческий фактор должен быть сведён к минимуму…

Кукор хотел внедрить интеллектуальные технологии в оперативное управление, а точнее, в процесс целеуказания: ИИ должен был помочь в выборе и приоритизации целей, а также в подборе подходящих средств поражения. ИИ должен был предельно сократить цепочку поражения от момента обнаружения цели до её уничтожения: найти, устранить, добить. Другой участник проекта Maven максимально откровенно высказался о том, что ИИ должен привнести в ведение войны: «Мы будем, блин, постоянно убивать людей».

Maven стал крупнейшей инвестицией Пентагона в сфере ИИ и за первые пять лет существования проекта в него было вложено около 1 млрд долларов. В настоящее время системы принятия решений на основе ИИ, разработанные в рамках проекта Maven, а также некоторых из восьмиста других проектов Пентагона в области ИИ, уже активно используются на поле боя. Программная платформа Maven Smart System (MSS), которая разрабатывает цели с помощью ИИ, в настоящее время развёрнута во всех родах войск США и по всему миру, объединяя более 150 потоков данных и работу более пятидесяти компаний. НАТО начало использовать версию системы весной 2025 года, а уже в октябре десять стран — членов альянса заявили о своём решении внедрить Maven в своих вооружённых силах. Разработанные в рамках проекта Maven алгоритмы ИИ используются на подводных лодках и в космических операциях, на автономных беспилотных катерах и в подводных гидроакустических системах. Системы наведения с использованием ИИ (одна воздушная и одна морская), которые могут самостоятельно вести наблюдение, выбирать и уничтожать цели, развёртываются для обороны Тайваня.

Maven ускорил сам темп войны. Если раньше США могли идентифицировать и поражать до ста целей в день, то благодаря компьютерному зрению этот показатель вырос до тысячи. В сочетании с большими языковыми моделями (LLM), интегрированными в платформу Maven, это число увеличилось в пять раз, до пяти тысяч целей в день.

Оперативная группа «Дракон»

В начале февраля 2022 года — то есть почти за два месяца до начала СВО! — американцы развернули платформу Maven Smart System для поддержки украинских вооружённых сил. Эта задача была поручена оперативной группе «Дракон», созданной на американской военной базе в Висбадене (Германия) 18?м воздушно-десантным корпусом, командующий которого, генерал Майкл Курилла, считал, что ИИ — это «следующая революция в военном деле».

С началом военных действий оперативная группа «Дракон» с помощью ИИ передавала данные о местонахождении российской стационарной и мобильной военной техники и личного состава. Целеуказание, завуалированное термином «точка интереса», содержало краткое описание объекта потенциальной атаки, высоту над уровнем моря, отметку времени и местоположения. Вскоре MSS была объединена с украинской системой управления боевыми действиями Delta.

Система Maven Smart System получала не только данные компьютерного зрения, но и множество других разведывательных потоков. Перехват телефонных разговоров позволял обнаруживать разговоры российских войск по незащищённым телефонам и радиостанциям, а также геотеги, которые определяли местоположение данных на карте. MSS также получала уведомления каждый раз, когда кто?либо из пользователей публиковал в своих телефонах фотографии мест взрыва ракет. Видео в TikTok отображались с геотегами, фиксируя всё — от выражения местных настроений до продвижения российских войск. «В некоторые моменты войны Twitter и соцсети предоставляли самую актуальную информацию», — позднее вспоминал один американский военспец.

После того как в июне 2022 года Украина получила от США первые ракетные комплексы HIMARS, данные Maven Smart System позволили украинцам начать наносить удары вглубь российской линии фронта — по крупным пунктам снабжения боеприпасами, логистическим центрам, хранилищам топлива и командноконтрольным пунктам.

Поначалу «Дракон» передавал украинцам 30–35 целей в день, затем — 70 целей. Объём «точек интереса», переданных США украинцам, достиг максимума в 267 целей за один день в 2022 году. В общей сложности 18?й воздушно-десантный корпус передал украинцам десятки тысяч целей с помощью интеллектуальной системы Maven.

MSS могла обнаруживать широкий спектр техники. ИИ выявлял боевые машины, самолёты управления и контроля, истребители, мобильные радиолокационно-коммуникационные машины, танки, буксируемые гаубицы и пусковые установки. ИИ мог обнаруживать российские самолёты, включая бомбардировщик Ту-95, сверхзвуковой бомбардировщик Ту160, способный нести ядерное оружие, и сверхзвуковой ударный бомбардировщик Ту-22М большой дальности.

Украина позволило проекту Maven провести, как выражался Дрю Кукор, «полевое обучение» системы. За первые десять месяцев поддержки Украины MSS претерпела более шестидесяти этапов усовершенствования. В том году Пентагон потратил на Maven рекордные 275 млн долларов, включая специальную надбавку в размере 28 млн, выделенную конкретно для Украины.

Генерал Донахью, сменивший Куриллу на посту командующего 18?го воздушно-десантного корпуса, утверждал, что поддержка США Киева помогла Пентагону значительно улучшить использование инструментов искусственного интеллекта и повысить уверенность в прогнозах относительно того, как ИИ может быть использован в конфликте с Китаем. «Мы можем сделать то же самое и для Тайваня», — провозгласил он.

«Мы уже на пути к тому, чтобы… машины сражались с машинами, роботы сражались с роботами», — подвёл итог генерал.

Человеко-машинный кентавр

Следующим шагом на этом пути, вероятно, станет та или иная форма глубокого «человеко-машинного взаимодействия». Люди по?прежнему будут играть решающую роль в военных операциях, но ИИ при этом станет не просто пассивным инструментом, а творческим, независимым субъектом, взаимодействующим со своими операторами-людьми. ИИ станет частью вооружённых сил, а не просто одной из систем вооружения.

Так, в работе «Дилемма кентавра: право национальной безопасности в эпоху ИИ-революции» Джеймс Бейкер описывает зарождающуюся систему «человек-машина», использующую ИИ, как «кентавра»: частично человека, частично машину. Люди останутся у руля, они будут головой кентавра. Однако ИИ может быть использован «для снижения риска, страха, усталости и скорости». В этой модели «кентавра» люди остаются доминирующим партнёром, направляя и определяя применение ИИ, и особенно смертоносного автономного оружия, но в рамках отведённых ему областей — обработки данных и идентификации целей, где ИИ превосходит человека, — ИИ должен быть свободен в полной мере проявлять свои возможности. Таким образом, Бейкер описывает весьма своеобразную военно-технологическую систему: частично человеческую, частично машинную, для максимизации возможностей её составляющих. Он предлагает не полную автоматизацию войны, а частичную автоматизацию некоторых аспектов ведения боевых действий.

Израильский бригадный генерал Йосси Сариэль считает, что взаимодействие человека и машины будет иметь решающее значение для будущих военных возможностей. Чтобы использовать потенциал ИИ, вооружённым силам необходимо создать штабы, в которых военнослужащие будут работать вместе с агентами ИИ как единая кибернетическая команда. Искусственному интеллекту следует разрешить в полной мере использовать свои автономные возможности для повышения потенциала человека. По словам Сариэля, полностью подготовленная команда «человек-машина» «способна создавать десятки тысяч целей до начала боя и собирать тысячи новых целей каждый день во время войны. Представьте себе 80 000 соответствующих целей, которые создаются до начала боевых действий, и 1500 новых целей каждый день во время войны». Реализовав эту идею на практике, Армия обороны Израиля, по его мнению, сможет не только нацеливаться на существующих «террористов», но и «формулировать характеристики потенциальных террористов».

Как мы знаем, уже к 2017 году израильтяне разработали сложные программы искусственного интеллекта, алгоритмы которых могли автоматически идентифицировать интересующие объекты. Затем они занялись созданием прогностических алгоритмов, которые не только распознавали бы уже действующие цели, но и делали бы прогнозы относительно передвижений палестинских бойцов и рекомендовали бы варианты действий против них.

К 2021 году ЦАХАЛ окончательно внедрила ИИ в процесс целеуказания. В ходе операции «Страж стен» Армия обороны Израиля впервые применила новую систему ИИ под названием «Евангелие», которая обрабатывает огромные базы данных о бойцах ХАМАС и жителях Газы для идентификации военных целей. «Евангелие» значительно ускорило процесс целеуказания. До его внедрения двадцать израильских штабных офицеров обычно создавали 50–100 целей в год. «Евангелие» создает 100 целей в день. Авив Кохави, бывший начальник штаба ЦАХАЛ, подчеркнул эти расширенные возможности: «Это машина, которая с помощью ИИ обрабатывает большой объём данных лучше и быстрее, чем любой человек, и преобразует их в цели для атаки».

Возможности «Евангелия» были дополнены второй системой наведения на основе ИИ, называемой «Лаванда». Если «Евангелие» позволяло определить местоположение объектов и штаб-квартир ХАМАС, «Лаванда» отслеживала отдельных бойцов, собирая данные со спутниковых снимков, видео с беспилотников и сообщений с мобильных телефонов. «Лаванда» оказалась особенно эффективной в выявлении командиров ХАМАС среднего и низшего звена; в общей сложности она идентифицировала тридцать семь тысяч бойцов. «Лаванда» перегрузила израильские штабы таким количеством целей, что офицеры не могли должным образом проверить их все. В первые месяцы войны израильтяне отводили всего двадцать секунд, чтобы определить, мужчина это или женщина. Если это был мужчина, удар подтверждался. За первые тридцать пять дней конфликта, в октябре и ноябре 2023 года, ЦАХАЛ поразил 15000 целей — или 428 целей в день вместо 100. Благодаря «Лаванде» ЦАХАЛ в четыре раза увеличил свои возможности по наведению на цель, которые уже были значительно расширены «Евангелием» в 2021 году.

Военный футуролог, австралийский генерал в отставке Мик Райан видит огромный потенциал в сотрудничестве человека и машины для повышения военных возможностей. Он предполагает, что в будущем сухопутные войска будут включать тысячи дронов и роботов в состав своих боевых групп. Появятся «команды человек-робот», в которых эти независимые системы будут сотрудничать с солдатами. Однако Райан в равной степени заинтересован и в создании «команд человек–ИИ»: «Сочетание людей и ИИ для стратегического и оперативного планирования, а также для анализа будущих действий является ключевым. … Применение ИИ в качестве инструмента поддержки принятия стратегических решений может также решить некоторые проблемы, связанные с уязвимостью и предвзятостью человека… ИИ не подвержен физическим проблемам, таким как усталость, и может быть создан с учётом других психологических аспектов стратегии, таких как когнитивная нагрузка, склонность к риску и неприятие риска, а также предвзятость. Он может оценивать большие объёмы данных, оспаривать устоявшиеся человеческие предположения и распознавать закономерности, упущенные людьми». Однако ИИ так же уязвим и подвержен ошибкам. Следовательно, хотя ему должна быть предоставлена полная автономия в областях его компетенции, агент ИИ должен быть интегрирован с командой людей и контролироваться ими. В будущем эффективность командования будет определяться качеством этого слияния ИИ и военного персонала.

Академические учёные также считают концепцию человеко-машинной команды плодотворной. Например, исследователи в сфере безопасности Алекс Нидс, Дэвид Галбрет и Тео Фаррелл пишут о системах управления боем с поддержкой ИИ, которые координируют подразделения, состоящие из человеческих и роботизированных элементов, работающих согласованно. Рои дронов, беспилотные наземные транспортные средства и автономные платформы вооружения будут поддерживать боевые группы, состоящие из людей. Потенциал этих мер огромен: «Автономные системы станут столь же неотъемлемой частью обеспечения военной эффективности, как и солдаты, действующие рядом с ними; в функциональном смысле они перестанут быть просто инструментами и станут де-факто членами команды». Человеко-машинные команды будут действовать в соответствии с доктриной, в которой подчинённым предоставляется свобода принимать независимые решения в соответствии с миссией. Агентам ИИ также будет предоставлено право проявлять инициативу, как и подчинённым-людям. Полная автоматизация вооружённых сил в настоящее время не рассматривается. Люди останутся жизненно важными членами этих новых команд. Однако также ясно, что в этой концепции ИИ — это не просто ещё одна форма военной технологии. Он обладает собственной волей.

Телеграм: t.me/ainewsline

Источник: vk.com

Комментарии: