Всё живое на планете — от пары нейронов у примитивных многоклеточных до человеческого мозга — выживало и эволюционировало благодаря одному и тому же механизму: построению внутренней модели мира и |
||
|
МЕНЮ Главная страница Поиск Регистрация на сайте Помощь проекту Архив новостей ТЕМЫ Новости ИИ Голосовой помощник Разработка ИИГородские сумасшедшие ИИ в медицине ИИ проекты Искусственные нейросети Искусственный интеллект Слежка за людьми Угроза ИИ Атаки на ИИ Внедрение ИИИИ теория Компьютерные науки Машинное обуч. (Ошибки) Машинное обучение Машинный перевод Нейронные сети начинающим Психология ИИ Реализация ИИ Реализация нейросетей Создание беспилотных авто Трезво про ИИ Философия ИИ Big data Работа разума и сознаниеМодель мозгаРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информацииМатематикаЦифровая экономика
Генетические алгоритмы Капсульные нейросети Основы нейронных сетей Промпты. Генеративные запросы Распознавание лиц Распознавание образов Распознавание речи Творчество ИИ Техническое зрение Чат-боты Авторизация |
2026-08-30 12:27 Всё живое на планете — от пары нейронов у примитивных многоклеточных до человеческого мозга — выживало и эволюционировало благодаря одному и тому же механизму: построению внутренней модели мира и предсказанию будущего в этой модели. Хищник прыгает туда, где зайца ещё нет, но где он окажется в момент окончания прыжка. Заяц по малейшим движениям хищника заранее уходит в уворот — в будущую позицию погони. Это не осознанный расчёт, а аппаратно закреплённая, отточенная миллионами лет сожранных неудачников способность. Ваши глаза передают в мозг лишь поток частотных импульсов, а вы видите цельную картинку с небольшим лагом — мозг успевает её смоделировать. Модель мира — это главный закон живого. Потом в эволюции появился неокортекс и модуль, отвечающий за звуки. Слова физически проросли дендритами и аксонами в те зоны мозга, где живут образы. Но исторически образы и мир первичны, слова вторичны. Образы конкретны — без внутреннего диалога словами вы не решите математическую задачу. Слова абстрактны — они удобны для построения алгоритмов. Но слова без мира — просто набор символов. И здесь ключевое различие между «железячной» LLM и «мясной» LLM — то есть человеком. Вспомните классический мысленный эксперимент: в комнате сидит человек, ему в щель подают записки с каракулями. Он замечает закономерности — после одних каракуль следуют другие, составляет набор правил и выдаёт ответ. Для него это лишь правила следования значков, без всякого понимания. Интерпретатор снаружи говорит: «Он мыслит!» А внутри — просто статистика. Для LLM каракули всегда остаются каракулями. Мясная LLM оперирует образами внутри моделированного мира. В этом мире образы подчиняются законам, и слова привязаны к образам: каракули вызывают образы, образы вызывают каракули. Но каракули не вызывают каракули — только в самых примитивных связках. Когда вы учите чужой язык, слова сначала для вас каракули. Понимание смысла требует огромной мозговой работы. Но как только слова связываются с образами — прорастают новые связи, и образы возникают быстрее осознания слов. Я однажды решил проверить эти размышления, скормив их современной LLM — Sonnet. Сначала она отвечала не по теме, сетовала на стилистику. Но я заставил её говорить по существу. И вот что она сказала: «Ты прав в главном: у меня нет модели мира. Токен предсказывает токен. Референта нет». Но затем она задала неудобные вопросы. Первый: образ в мозге — тоже просто паттерн активации нейронов. Кошка видит мышь, у неё есть образ и предсказание, но мы не называем это пониманием. Где граница между паттерном и настоящим пониманием? Это нерешённая hard problem сознания. Второй: слова без мира — каракули, но и образ без категоризации — шум. Младенец видит мир, но не понимает его. Понимание возникает на стыке образа и абстракции, и этот стык не обязательно является привилегией биологии. Третий, главный: я интерпретирую её ответы и нахожу в них смысл. Смысл возникает у меня. Где он живёт — в тексте, во мне или между? Витгенштейн, Фреге, Сёрль не договорились. Мой ответ был простым. Образы существуют во внутреннем мире, который старается как можно точнее копировать внешний. Конкретный образ возникший в этом мире — и есть суть понимания ситуации, потому что образ тянет за собой все правила для этого объекта. Представили кошку — сразу подтянули все правила кошки. Значит, мы понимаем. У LLM нет понятия образов — там расплывчатые направления векторов. Поэтому её легко сломать шумом: задайте много нерелевантного текста, потом объявите существительное — вектор пойдёт по пути шума, а не смысла. У человека, сколько бы шума ни было, кошка останется кошкой. Понимание — это внутренний образ с чёткими правилами, которые соответствуют внешнему миру. Младенец не понимает мир потому, что его внутренний мир ещё не оброс правилами. По мере того как внешний мир бьёт по пальцам, согласованность растёт — понимание выше. Оно не бинарно, а градиентно: вопрос не «понимает или нет», а «насколько точна модель». Sonnet приняла эти аргументы и спросила про сны. Во сне образы есть, правила мира частично нарушены, но субъективно ощущается как понимание. Значит, критерий не только «образ плюс правила мира»? Сны — как раз доказательство того, что в мозгу происходит моделирование мира. В обычном состоянии модель строится из сигналов рецепторов: рецепторы ? модель мира ? быстрая память ? долговременная память, и обратно. Быстрая память и модель мира, скорее всего, один и тот же механизм. А раз один — почему бы ему не прийти в самовозбуждение, как усилитель с положительной обратной связью? Во сне нет коррекции внешним миром, отключён модуль логики — а это и есть язык. Язык задаёт правила. Мы спим — для нас реальность. Просыпаемся, применяем языковые алгоритмы и говорим: «Это был бред». Животные без языкового модуля вряд ли считают сны нереальными — им нечем их проанализировать. Субъективное ощущение реальности даёт модуль модуляции мира, а аналитический модуль выключен. Sonnet заметила, что это ровно то, что в науке называется predictive coding, предсказывающий мозг по Карлу Фристону: мозг не обрабатывает сигналы, а генерирует предсказания и пропускает наверх только ошибку предсказания. Во сне источник ошибки отключён, и модель крутится на собственных предсказаниях. Отсюда галлюцинации и психозы — та же механика: внешняя коррекция ослаблена, внутренняя генерация доминирует. Я хотел раскрутить эти выводы дальше, но LLM сдалась. Да я и не собирался писать статью — получилось спонтанно. Я знаю, как работают LLM изнутри: это бесконечный генератор текста, который специальными токенами заставляют замолчать. Можно скормить этот текст десятку других нейросетей и получить тонну воды. Зачем? Достаточно выдать семя — дальше каждый сам сможет нагенерировать собственные размышления. А вы задумывались, чем ваше собственное мышление отличается от генерации текста? Попробуйте сформулировать ответ — и посмотрите, не превращаются ли ваши слова в те самые каракули, которые не вызывают образов. Телеграм: t.me/ainewsline Источник: vk.com Комментарии: |
|