От сбора данных до принятия решения: переосмысление тактической разведки

Скрытая вблизи линии фронта сигнальная антенна улавливает всплеск радиообмена российских военных, что указывает на возможный командный пункт. Украинские солдаты отправляют беспилотник по указанным координатам, где тепловая камера обнаруживает боевую машину, замаскированную под деревьями. Видео в режиме реального времени передается аналитикам, которые изучают полученные данные, сопоставляют их с дополнительной разведывательной информацией и отмечают местоположение на общей оперативной карте, доступной на обычных телефонах и планшетах по всей зоне боевых действий. За много миль от места событий украинский командир осматривает цель и посылает ударный беспилотник. Через несколько минут машина уничтожена — не потому, что у Украины были более совершенные датчики или более смертоносные беспилотники, чем у противника, а потому, что она объединила сбор данных, анализ и исполнение быстрее, чем враг мог отреагировать.

За четыре года войны России в Украине было много написано о завершающем этапе развития украинского разведывательно-ударного комплекса: беспилотников, на долю которых приходится более 70 процентов российских потерь. Однако беспилотники сами по себе не создают боевую мощь, и сравнительно мало говорится об эволюции тактической разведки, которая обеспечивает их эффективность. В условиях конфликта, характеризующегося повсеместным распространением датчиков, насыщенностью данными и сжатыми цепочками уничтожения, тактическая разведка переходит от последовательной модели, ориентированной на сбор информации и составление отчетов, к сетецентрической модели, основанной на целеуказании, проверке, отборе и принятии решений. Для армии адаптация к этому переходу потребует не только новейших датчиков и программного обеспечения, но и интеграции всех подразделений разведки, а также изменений в подходах руководителей к организации, развитию и стимулированию сотрудников разведывательных служб.

Потребность в скорости

По мере того как стремительно развивающиеся технологии смешиваются с крупномасштабными боевыми операциями, российско-украинский конфликт бросает вызов негибким структурам и процессам, которые долгое время определяли работу разведки. На поле боя разведка все больше опирается на растущее число датчиков, собирающих информацию в режиме 24/7. В так называемой мертвой зоне, или зоне беспилотного контакта, между российской и украинской линиями фронта, повсеместное присутствие дронов позволяет контролировать более тысячи километров спорной территории, и каждый дрон ведет видеосъемку в режиме реального времени. Тем временем над головой группируется созвездие спутников, которые собирают различные виды изображений и данные радиоэлектронной разведки. Эти данные, полученные с помощью дронов и спутников, в сочетании с информацией из открытых источников и агентурными данными дают полную картину. Вместе они способны обеспечить военных беспрецедентной осведомленностью, но только в том случае, если специалисты по разведке смогут обрабатывать огромные объемы данных, отделять реальные угрозы от ложных сигналов и распространять полезную информацию до того, как она утратит свою тактическую ценность.

В Украине этот срок истекает быстро. После многих лет кровавых уроков ведения боевых действий с использованием беспилотников российские солдаты разработали меры противодействия, чтобы сократить время от обнаружения цели до ее поражения украинскими войсками — время, в течение которого цель остается в зоне досягаемости, доступа или видимости. Опасаясь обнаружения, российские войска избегают находиться на виду вблизи линии фронта, а те, кто вынужден покидать укрытие, полагаются на неблагоприятные погодные условия и скорость передвижения. В то же время инновации в области пассивных средств противодействия, таких как сети для дронов и тепловые экраны, а также активных средств, таких как перехватчики и системы радиоэлектронного подавления, приводят к тому, что угрозы могут быть обнаружены лишь на короткое время, после чего они скрываются за завесой защиты. В результате на поле боя разведывательных данных больше, чем когда-либо, но срок их актуальности постоянно сокращается. Перед разведывательными службами стоит задача не просто собирать и обрабатывать данные, но делать это достаточно быстро, чтобы это имело значение.

Хранители общего понимания

К счастью, в Украине уже есть пример успешного решения в этой сложной ситуации. Используя DELTA — систему управления боевыми действиями, которая позволяет солдатам одновременно получать общую оперативную картину и действовать в соответствии с ней, — Украина с рекордной скоростью и размахом проверяет, систематизирует и демократизирует разведданные. DELTA Monitor, интерактивная карта, лежащая в основе системы, позволяет солдатам переключать слои с информацией о расположении своих и вражеских сил, сведениями о целях и «расположением дронов, противотанковых заграждений, траншей и станций радиоэлектронной борьбы», обеспечивая осведомленность о ситуации на поле боя в режиме реального времени. Vezha, интегрированный визуальный интерфейс, еще больше расширяет возможности разведки, предоставляя видео в реальном времени с многочисленных украинских беспилотных систем. Однако решающей особенностью подхода Украины является не технологическая архитектура, а то, как военные используют эти технологии для создания общей, постоянно обновляемой экосистемы целеуказания. Вместо того чтобы передавать разведданные от одного подразделения к другому в рамках последовательного процесса (такой подход слишком громоздкий из-за непрерывного потока данных и требований к скорости), Украина использует DELTA как платформу для совместной работы, которая обеспечивает оперативный доступ к разведданным для беспилотных летательных аппаратов и маневренных подразделений.

За этой общей экосистемой целеуказания стоит сеть сотрудников разведки. Даже несмотря на то, что современные системы ориентированы на будущее, разведка по-прежнему зависит от вклада и опыта военных, и в Украине это привело к изменению ролей и обязанностей специалистов в области разведки. Хотя специализированный персонал по-прежнему играет важнейшую роль в организации сбора и интерпретации сложных разведданных, распространение беспилотных датчиков на поле боя означает, что солдаты тратят меньше времени на поиск противника. Вместо этого сотрудники разведки выявляют ключевые цели, анализируют операционные модели и формируют общую оперативную картину, отражающую наиболее важные элементы среди огромного количества необработанных данных. Они отвечают за преобразование большого объема сенсорных данных в практические решения.

В то же время демократизация разведки с помощью системы DELTA меняет традиционные подходы к составлению отчетов. Имея доступ к общей оперативной картине, командиры больше не полагаются на сотрудников разведки в вопросах рутинного информирования о ситуации на поле боя. Освободившись от рутинных задач по составлению отчетов, сотрудники разведки могут сосредоточиться на аналитике более высокого уровня и прогнозном анализе в условиях, когда скорость и объем информации рискуют перекрыть значимые разведданные. Преодолевая информационный шум, чтобы выявить критические угрозы и получить представление о маневрах противника, сотрудники тактической разведки в Украине выполняют задачи, которые традиционно возлагались на более высокопоставленных специалистов. Их влияние проявляется быстрее, шире и непосредственнее, чем когда-либо прежде.

От модернизации к интеграции

Хотя уроки войны не могут быть универсально применимы ко всей армии США, опыт Украины помогает понять, в каком направлении нужно двигаться. Сегодня Корпус военной разведки остается самым боеспособным подразделением сухопутных войск в мире, обладающим многолетним опытом ведения боевых действий и непревзойденным набором систем сбора информации. Недавние инвестиции в такие платформы, как наземная система Manpack и будущие усовершенствованные дальнобойные оптические датчики/датчики для стрельбы по сеткам, только укрепили эти преимущества, объединив передовые датчики с увеличенной дальностью действия, программным обеспечением и искусственным интеллектом. Однако опыт Украины показывает, что следующее преимущество в сфере разведки будет связано не столько с установкой высокотехнологичных датчиков, сколько с устранением технических, организационных и политических проблем, препятствующих интеграции и обмену информацией на тактическом уровне.

В отличие от Украины, где система DELTA повсеместно используется для синхронизации разведки с беспилотными летательными аппаратами и маневренными подразделениями, армия США по-прежнему фрагментарно внедряет и интегрирует современные системы. В тактических эшелонах, где время на изучение и внедрение новых систем ограничено, традиционные подходы по-прежнему определяют повседневные потребности в разведке, сохраняя разобщенность, которую призваны устранить технологии. Беспилотники и беспилотные системы — еще один ключевой элемент модернизации армии США — сталкиваются с аналогичными проблемами интеграции. Операторы дронов и находящиеся поблизости солдаты могут просматривать видео в реальном времени на местных устройствах, но эти кадры часто не связаны с общими оперативными снимками, которые способствуют более эффективному слиянию разведывательных данных. По сути, армия внедряет датчики быстрее, чем строит инфраструктуру и обучает солдат использовать полученные данные.

С помощью таких платформ, как Платформа армейских разведывательных данных и Maven Smart System, армия США работает над устранением этих недостатков. Используя искусственный интеллект и облачные хранилища, эти системы поддерживают обмен разведданными, управление данными и интеграцию с процессами целеуказания и логистики, зачастую превосходя по сложности украинскую систему DELTA. Другие инициативы, такие как «Командование и контроль нового поколения», направлены на то, чтобы предоставить солдатам «множество вариантов коммуникации, возможность получать и отправлять больше данных, повысить ситуационную осведомлённость [и] сделать штабные процессы более эффективными», что говорит о том, что армия осознаёт проблему. Однако признание и инвестиции не привели к интеграции в масштабах всего предприятия. На данный момент тактическая разведка по-прежнему разрознена и представлена на отдельных платформах, в презентациях PowerPoint и сводках разведданных, что создает препятствия для демократизации разведки и повышает риск того, что полезная информация устареет до того, как ее успеют использовать.

Дальнейшее сближение зависит от поддержки со стороны более широкого круга организаций. Возможность получать доступ к разведывательным данным и делиться ими зависит от каналов передачи данных, взаимодействия при сборе информации и политики раскрытия данных, которые регулируются на уровне оперативных и стратегических эшелонов. Для обеспечения интеграции разведывательным бригадам на уровне театра военных действий, штабам G-2 на более высоких эшелонах и другим вспомогательным разведывательным формированиям необходимо согласовать свои процессы, чтобы предоставлять разведывательные данные там, где они нужны. Без целенаправленной интеграции на уровне от национального до тактического уровня тактические подразделения будут продолжать создавать локальные обходные пути, которые могут сработать во время учений, но не масштабироваться в условиях конфликта.

Еще одним препятствием на пути к интеграции является практика обмена информацией. После десятилетий обучения методам защиты секретной информации армия зачастую оберегает ее с такой тщательностью и надежностью, что это снижает эффективность операций. В отличие от этого, Украина меньше полагается на классификацию по степени секретности и больше — на многоуровневые разрешения, определяемые ролью пользователя, его задачей и потребностями. Такой подход обеспечивает утвержденному персоналу упрощенный доступ к оперативной разведывательной информации и оперативным данным, не предоставляя каждому пользователю DELTA доступ ко всей системе. Чтобы внести ясность: ответ не в том, чтобы делиться информацией без разбора. Классификация по-прежнему необходима для защиты военнослужащих, источников и методов разведки, а также критически важных технологий. Однако в условиях, когда разведданные быстро устаревают, а цепочки уничтожения целей сокращаются, традиционные режимы классификации могут привести к чрезмерной классификации и препятствовать распространению срочных разведданных.

Эти ограничения становятся особенно заметными при работе с партнерами и союзниками, где барьеры, связанные с классификацией и доступностью информации, часто неизбежны. Один из способов, с помощью которого Украина преодолевает эти ограничения, — более активное использование коммерческих источников и открытых данных, которые могут быть полезны для выполнения оперативных задач при меньшем количестве ограничений, связанных с классификацией. Вскоре после полномасштабного вторжения в 2022 году российский военный корреспондент опубликовал фотографии с базы ЧВК «Вагнер» в Попасной, что позволило аналитикам, работающим с открытыми источниками, установить местоположение базы. Вскоре после этого украинские силы нанесли удар по этому объекту. Это один из многих примеров, доказывающих, что данные из открытых источников не только легко распространяются, но и зачастую «столь же смертоносны, как многомиллионный разведывательный спутник». Несмотря на такие доказательства, в армии США разведка на основе открытых источников по-прежнему уступает традиционным дисциплинам, что отражает то, что некоторые считают «предвзятостью в культуре, а не пробелами в возможностях».По мере того как смартфоны и персональные устройства становятся все более распространенными на поле боя, ограниченная интеграция коммерческих возможностей и ресурсов с открытым исходным кодом в армейских структурах может привести к задержкам в предоставлении оперативной разведывательной информации в нужный момент.

Последствия для тактических лидеров

Несмотря на то, что для решения некоторых проблем, связанных с интеграцией, армии потребуются время и ресурсы, опыт Украины показывает, что у тактических командиров есть несколько возможностей для того, чтобы сразу же добиться значительных изменений в своих подразделениях. Одна из таких возможностей связана с тем, как подразделения организуют разведывательную работу. По мере того как на поле боя появляется все больше датчиков, а время от обнаружения цели до ее поражения сокращается, преимущество в скорости и принятии решений все чаще перевешивает потребность в статичных отчетах и оценках. В таких условиях ориентация формирований на отдельные дисциплины сбора информации и последовательную передачу данных снижает оперативную гибкость и замедляет процесс принятия эффективных решений. Вместо этого руководители могут организовать работу таким образом, чтобы выстроить интегрированные рабочие процессы, которые укрепят связи между дисциплинами и этапами разведывательного процесса.

В рамках формирований командиры могут способствовать интеграции, пересматривая показатели эффективности разведки. Командиры часто делают упор на составленных отчетах, проведенных разведывательных операциях или проведенных брифингах, но Украина предлагает другой подход и стандарт. С помощью системы электронных баллов она геймифицировала ведение боевых действий, начисляя баллы за успешные удары беспилотников, которые можно обменять на финансирование или военную технику, что стимулирует подразделения разведки и беспилотных систем к повышению скорости и эффективности. Американским формированиям не обязательно перенимать этот неоднозначный подход. Однако им следует использовать показатели, отражающие их способность выявлять и подтверждать цели, ускорять процесс уничтожения целей, проводить оценку боевых повреждений и поддерживать решения командиров.

Показатели также должны сопровождаться обучением, которое подготовит солдат к их достижению. Для офицеров это может означать обучение навыкам сетевого аналитика, куратора данных и менеджера знаний в дополнение к традиционным ролям в разведке и методам сбора информации. На всех уровнях организации это потребует владения цифровыми инструментами, которые обеспечивают эффективную коммуникацию и вносят вклад в общую оперативную картину. Уже сейчас программа повышения квалификации данных Командования разведки и безопасности армии США предлагает многообещающее начало, в то время как инициативы в 513-й бригаде военной разведки на ТВД (MIB-T) и 66-й MIB-T демонстрируют, как можно развивать навыки работы с данными в разных формированиях. Расширение этих усилий может еще больше подготовить солдат к среде, определяемой скоростью и насыщенностью данными, и гарантировать, что инновационные системы, такие как Maven, будут использоваться обученным персоналом, который сможет максимально раскрыть свой потенциал.

Тем не менее опыт Украины показывает, что никакая подготовка не может полностью подготовить сотрудников разведки к неопределённости и сложности крупномасштабных боевых операций. Столкнувшись с противником, превосходящим её по численности и ресурсам, Украина в конечном счёте сделала ставку на культуру инноваций и стойкость, что и обеспечило ей успех. Благодаря творческому подходу к работе разведки Украина смогла перепрофилировать Diia — украинскую платформу электронного правительства, изначально использовавшуюся для таких услуг, как продление паспортов, — в систему аутентификации для сбора разведданных в военное время, что позволило сотням тысяч граждан делиться информацией о передвижениях российских войск. Аналогичные успехи в адаптации DELTA и других платформ к меняющимся требованиям на поле боя свидетельствуют о том, что разведывательные службы способны преодолевать неудачи, корректировать свои методы и продолжать работу. По мере того как характер ведения боевых действий продолжает меняться, лидеры могут развивать гибкость и стойкость, поощряя адаптивные решения и закрепляя накопленный опыт. Как часто отмечает генерал-лейтенант Баззард, командующий Группой поддержки безопасности в Украине, «инновации — это форма маневра».

Война России в Украине выявила новый организационный принцип в тактической разведке: необходимость преобразовывать необработанные данные в оперативную информацию, подтвержденные цели и результаты на поле боя до того, как они утратят свою оперативную ценность. Украина отреагировала на этот сдвиг, объединив адаптивный персонал и инновационные платформы в экосистему совместного целеуказания. В то время как армия США готовится к будущим крупномасштабным боевым операциям, Украина может служить примером для изучения, подчеркивая необходимость интеграции датчиков, аналитиков и лиц, принимающих решения, в единую разведывательную архитектуру.

Недавние усилия по внедрению этих изменений с помощью таких систем, как Maven и армейская платформа разведывательных данных, являются важным шагом вперед. Однако для сохранения асимметричных преимуществ армии в области разведки потребуется дальнейшая конвергенция оперативных и разведывательных систем, а также пересмотр методов обмена информацией для повышения скорости и гибкости. Пока эти усилия набирают обороты, тактическим командирам следует усовершенствовать обучение и показатели, чтобы они отражали условия работы с большим объемом данных, организовать формирования по принципу интеграции и воспитать адаптивный персонал, способный быстро передавать разведданные от этапа сбора до этапа принятия решения. В совокупности эти шаги помогут Корпусу военной разведки оставаться верным своему девизу: «Всегда впереди».

Подполковник Джордж Гуррола командует 715-м батальоном военной разведки 500-й бригады военной разведки. Ранее он занимал должность заместителя командующего Группой поддержки безопасности в Украине, а также служил в разведывательных подразделениях 75-го полка рейнджеров и Командования разведки и безопасности армии США. Ранее он был доцентом в Военной академии США в Вест-Пойнте, получил степень магистра в области дипломатической службы в Джорджтаунском университете и степень бакалавра гуманитарных наук в Техасском университете A&M.

Старший лейтенант Мартейн Ван де Уолл — стипендиат Маршалла в Королевском колледже Лондона, где он получает степень магистра военных наук, специализируясь на пересечении технологий и разведки. Ранее он получил степень магистра наук в области глобального управления и дипломатии в Оксфордском университете и степень бакалавра наук в области международных отношений в Военной академии США в Вест-Пойнте. Недавно он проходил службу в Группе поддержки безопасности в Украине.

Высказанные мнения принадлежат авторам и не отражают официальную позицию Военной академии США, Министерства сухопутных войск или Министерства обороны.

Телеграм: t.me/ainewsline

Источник: mwi.westpoint.edu

Комментарии: