Подоспела новость, которая перепишет не то чтобы прям все учебники, но одну очень красивую догму — точно

Долгое время считалось, что процесс производства белка в клетке — это такой идеальный, вылизанный до блеска конвейер: ДНК выдаёт точную копию гена в виде матричной РНК (мРНК), а та, стало быть, смиренно едет на рибосому, как болванка на завод, где с неё штампуют полноразмерный белок. Ни шагу в сторону, всё под колпаком.

Так вот, оказывается, клетка — это не немецкий автопром. Это, прости господи, гаражная мастерская дяди Васи, где из подручного хлама вполне могут собрать работающий механизм.

Исследователи из Еврейского университета в Иерусалиме и Бристольского университета открыли механизм, который назвали «RNA dicing». В русском переводе это — РНК-нарезка («работа ножницами»).

Суть в том, что клетка берёт длинную молекулу мРНК и, недолго думая, кромсает её на короткие, функциональные обрубки, которые, однако, не выбрасываются на свалку, а преспокойно отправляются к станку и штампуют с них усечённые белковые фрагменты. Похоже на то, как будто у вас износился только воротник рубашки, и вы не покупаете новую, а просто отрезаете от старой всё лишнее и носите собранную вами модель как некий дизайнерский изыск

Главным фигурантом этой истории стал ген JAK1 — этакий VIP-регулятор, который в нормальной жизни следит, чтобы клетки делились чинно и реагировали на иммунные сигналы без истерики. Однако, как выяснилось, его мРНК умеет проходить через мясорубку РНК-нарезки, в результате чего на свет появляется не полноразмерный белок-контролёр, а его оторванная активная часть — так называемый киназный домен JH1. Проще говоря, клетка изымает у белка его двигатель и ставит его на самокат.

Самый цирк здесь в том, что эта отрезанная часть остаётся гиперфункциональной. Если полная версия JAK1 обычно играет роль эдакого сурового вахтёра, тормозящего излишнее деление, то нарезанный вариант ведёт себя как гопник без тормозов — заставляет клетку плодиться, не обращая внимания на приказы сверху, чем напрямую способствует развитию рака, особенно некоторых форм рака эндометрия.

Теперь главный инженерный трюк, который заставляет старые гипотезы сыпаться аки плохая штукатурка. Раньше учёные мучительно ломали голову над загадкой: как, чёрт возьми, один и тот же ген может быть и опухолевым супрессором (защитником), и онкогеном (провокатором) одновременно? «RNA dicing» даёт на это ответ, достойный Гегеля.

Оказывается, всё зависит от баланса. В здоровой клетке конвейер выдаёт нормальный, защищающий белок JAK1. Но если в гене случаются так называемые нонсенс-мутации, это отключает производство полноразмерной «правильной» версии и одновременно, как ни в чём не бывало, усиливает нарезку «вредной» версии через нарезку РНК. Баланс летит к чертям, и клетка превращается в злокачественную.

Но самое вкусное, друзья, это не то, как нас ломает, а то, как мы можем «нагнуть» систему в ответ. Исследование показало, что опухоли, которые подсели на эту «нарезанную» версию JAK1, становятся нехило уязвимы для препарата момелотиниб — ингибитора, который вырубает этот самый оторванный двигатель. Выходит, зная характер «нарезки» в конкретной опухоли, можно бить не в бровь, а в глаз, минуя здоровые клетки.

В сухом остатке перед нами очередная история про то, что центральная догма молекулярной биологии — это не священное писание, а, скорее, сборник советов, которые клетка интерпретирует как хочет. И да, от клинического применения «РНК-нарезки» мы пока что еще далеки, но отмычка к двери сейфа с новыми методами терапии рака уже, кажется, у нас в руках.

Телеграм: t.me/ainewsline

Источник: doi.org

Комментарии: