Почему одни люди выдерживают сильные эмоциональные нагрузки, не разрушаясь психически и соматически, а другие сталкиваются с ощущением, что даже относительно обычное жизненное событие выбивает почву

В психоаналитическом языке для описания этой способности часто используется понятие внутреннего контейнера - психической способности удерживать тревогу, возбуждение, фрустрацию, противоречивые чувства и внутренние конфликты, не прибегая немедленно к разрядке через действие, тотальный контроль, психическое расщепление или соматический ответ.

Размер и устойчивость этого внутреннего контейнера не являются врождённой данностью в простом смысле слова. Они формируются в отношениях с ранним объектом, прежде всего с тем, кто в младенчестве мог выдерживать эмоциональные состояния ребёнка и помогать ему их перерабатывать.

Если значимый взрослый мог выдерживать эмоциональные состояния ребёнка, не разрушаясь от его тревоги, ярости, страха или отчаяния, не отвергая эти переживания и не возвращая их в непереносимом, хаотичном виде, то постепенно ребёнок интроецирует эту функцию. Сначала контейнер находится вовне, то есть взрослый удерживает психику ребёнка, помогает перерабатывать ещё невыносимые состояния. Со временем эта способность становится внутренней психической функцией.

Если же ранний объект сам был тревожным, хаотичным, отвергающим, обесценивающим, пугающимся сильных чувств ребёнка или, ещё сложнее, бессознательно нуждался в том, чтобы сам ребёнок контейнировал его эмоциональные состояния, то формирование внутреннего контейнера оказывается более хрупким.

Однако внутренний контейнер определяется не только качеством ранних отношений. Не менее важна способность к символизации, то есть способность превращать сырое телесное возбуждение в психически перерабатываемое переживание.

Контейнер - это не просто эмоциональная выносливость и не способность «держаться». Это способность думать (мыслить, осознавать) свои чувства.

Когда человек может распознать, что за внешней злостью скрывается страх потери, за раздражением - бессилие, за телесным напряжением - тревога, психика начинает связывать возбуждение. В противном случае аффект переживается как нечто неоформленное, захватывающее, требующее немедленного избавления.

Существенную роль играет и степень интеграции внутренних объектов. Если психика функционирует преимущественно в расщеплённой логике, где объект переживается либо как полностью хороший, либо как полностью плохой, где разочарование легко превращается в катастрофу, контейнер оказывается существенно менее устойчивым, потому что значительная часть психической энергии уходит на борьбу с внутренней угрозой разрушения.

Способность выдерживать амбивалентность, признавать, что человек может одновременно вызывать любовь, злость, разочарование и при этом не превращаться в полностью уничтожающий объект, является важным показателем зрелости психического контейнера.

Отдельное значение имеет нарциссическая устойчивость личности. Если внутреннее ощущение себя остаётся хрупким, любое внешнее разочарование переживается не как неприятное, но локальное событие, а как удар по самому ощущению собственного существования, ценности или безопасности. Тогда относительно ограниченное внешнее событие может вызывать аффективную реакцию, несоразмерную текущей ситуации, потому что затрагивается не только настоящее, но и более ранние, уязвимые слои психики.

Чем более устойчиво ощущение собственного Я, тем больше способность выдерживать фрустрацию без ощущения внутреннего коллапса.

Важно учитывать и текущее состояние психического и соматического ресурса.

Даже хорошо сформированный внутренний контейнер не является фиксированной константой.

Хронический стресс, эмоциональное истощение, недосып, соматическая нагрузка, гормональные колебания, затяжное напряжение существенно снижают способность психики к переработке возбуждения.

В такие периоды человек может реагировать значительно более интенсивно не потому, что стал «слабее», а потому что доступный объём психической переработки временно снижен.

Имеет значение и сам характер аффекта. Не все чувства одинаково легко выдерживаются психикой. Одни эмоциональные состояния относительно доступны переработке, тогда как переживания, связанные с унижением, предательством, беспомощностью, стыдом, угрозой утраты объекта или разрушением доверия, чаще затрагивают более ранние уровни психической организации и поэтому оказываются гораздо более перегружающими.

Наконец, контейнер напрямую связан со степенью регрессии. Взрослая часть личности может обладать высокой способностью к переработке сложных переживаний, но если актуальное событие активирует ранний травматический опыт, психика временно функционирует из более инфантильного слоя, где доступные механизмы переработки существенно уже.

В таких состояниях человек может переживать себя непропорционально уязвимым, зависимым, беспомощным или эмоционально переполненным, хотя объективно его взрослые ресурсы никуда не исчезли.

Таким образом, внутренний контейнер - это не врождённая «сила характера» и не способность терпеть больше других. Это результат сложного взаимодействия между ранним опытом контейнирования, способностью к символизации, уровнем интеграции внутренних объектов, устойчивостью нарциссической организации личности, текущим психофизиологическим состоянием, характером переживаемого аффекта и степенью регрессии.

Именно эта совокупность факторов определяет, сможет ли психика переработать возбуждение в мысль, чувство и смысл или будет вынуждена искать иные пути разрядки - через действие, контроль или тело.

Элина Пахомова

Телеграм: t.me/ainewsline

Источник: vk.com

Комментарии: