Интровертов не существует

Новый вопрос в комментариях: «Расскажите, что всё-таки такое интроверсия и экстраверсия. Из школы я помню, что это про направленность личных переживаний внутрь / наружу, но везде под этими категориями подразумевают (не)общительность».

Отвечает психиатр и психотерапевт, эксперт «Двора» Евгений Пашнин

Школа вас, в общем, не обманула! Просто сильно упростила. Исторически у Юнга, который эти термины ввел в оборот, интроверсия и экстраверсия действительно были про то, куда в большей степени направлена «психическая энергия» и внимание: к внутреннему миру или к внешнему. Но проблема в том, что уже в ранних описаниях к «интроверту» быстро прилипли слова вроде «застенчивый», «замкнутый», «испытывает трудности социализации». И путь от нейтральной описательной идеи к слегка патологизированному образу был пройден довольно быстро.

Современная психология личности смотрит на людей через более обоснованные, чем «психическая энергия», теории. В одной из самых распространенных и изученных моделей, «Big Five», экстраверсия – одна из пяти больших черт, и интроверсия в этом контексте понимается просто как низкая экстраверсия (в этом контексте интроверсия понимается как низкий полюс экстраверсии, а не как отдельная самостоятельная сущность). И речь не только про общительность, а про целый набор характеристик: социальную активность, разговорчивость, напористость, поиск стимуляции, склонность к более выраженным позитивным эмоциям. Как бы и не получится свести «интроверта» к одному емкому и мудрому определению. Всегда набор – и этот набор определен шкалой экстраверсии из Big Five. Или похожих шкал.

Но это всего лишь один из пяти «ползунков-регуляторов», положение которых может быть от условных нуля до 100. Ещё есть открытость опыту – про любопытство, воображение и тягу к новому. Есть доброжелательность – про кооперацию, мягкость и готовность идти навстречу. Ещё добросовестность — про организованность, самоконтроль и способность держать курс. И последняя настройка – нейротизм: про эмоциональную нестабильность, чувствительность к стрессу и поддаваемость тревоге и мрачности. Выходит, «интроверт» — это не весь человек, а только один срез его сущности: можно быть слабоэкстравертным, но очень любопытным, тёплым, дисциплинированным и тревожным. Поэтому современные модели личности типа большой пятерки и не сводят человека к одному ярлыку – как это делает, например, псевдонаука соционика, которая родилась из идей Юнга. Есть среди нас Гюго, Гексли и Есенины?

В общем, человек с низкой экстраверсией вполне может любить друзей, выступать публично, работать с людьми и не прям страдать от этого. И не быть тихим котиком. Просто ему обычно нужно меньше внешней стимуляции и больше времени на восстановление.

Важно всё же не перепутать интроверсию с вещами, которые уже связаны не с чертами личности, а расстройствами. Например, социальное тревожное расстройство – это не просто сильная интроверсия, а страх оценки, осуждения, унижения и избегание ситуаций, где такое может случиться. Иногда под маской «я просто интроверт» могут жить депрессия, последствия травли, аутистические трудности. Правило для разделения одного от другого простое: интроверсия сама по себе не обязана причинять страдание, а расстройства делают именно это.

Похожий разворот от простых ярлыков произошёл не только в психологии личности, но и в психиатрии. Раньше все психиатры знали, кто такой истероид, шизоид и нарцисс. Сейчас и альтернативные модели DSM-5, и МКБ-11 уходят от идеи нескольких типов расстройств личности к той же идее «ползунков-регуляторов»: насколько выражено нарушение личности в целом и какие именно патологические черты доминируют – почти как Big Five, только с уклоном в клиническое понимание проблемы. Мы все в каком-то смысле on the spectrum, короче! Добро пожаловать.

Телеграм: t.me/ainewsline

Источник: vk.com

Комментарии: