Трудная проблема сознания

Это термин , который философ Дэвид Чалмерс ввёл в оборот, чтобы обозначить пропасть между объективными процессами в мозге и субъективным опытом. Классическая нейробиология исходит из простой предпосылки: мозг — это биологический компьютер. Нейроны — его транзисторы, синапсы — провода, электрохимические сигналы — биты информации. Дайте достаточно вычислительной мощности, соедините правильным образом — и сознание появится само собой, как побочный продукт сложности. Эта идея называется компьютационализмом, и она прекрасна всем, кроме одного: она не работает. Мы можем досконально описать, как электрический импульс бежит по аксону, как нейромедиатор перепрыгивает синаптическую щель, как активируются целые области мозга при виде красного яблока.

Но ни один из этих процессов не объясняет, откуда берётся само ощущение красного — эта невыразимая словами квалия, субъективное переживание, которое вы испытываете прямо сейчас, читая эти строки. Между нейронными импульсами и внутренним опытом зияет логическая пропасть, которую не перепрыгнуть никаким количеством данных из МРТ-сканера. Роджер Пенроуз в 1989 году, когда энтузиазм по поводу искусственного интеллекта достигал первого пика, выпустил книгу «Новый ум короля», в которой заявил : компьютеры никогда не смогут мыслить. Не «пока не могут», не «возможно, когда-нибудь» — именно «никогда».

Его аргумент опирался на знаменитую теорему Гёделя о неполноте. Суть её в том, что в любой достаточно сложной формальной системе существуют истинные утверждения, которые невозможно доказать средствами самой этой системы. Компьютеры — это формальные системы. Они работают по алгоритмам, следуют правилам, вычисляют. Но человеческий разум, утверждал Пенроуз, способен «видеть» математические истины, которые лежат за пределами любого алгоритма. Мы понимаем вещи, которые нельзя вычислить. Следовательно, сознание — не вычислительный процесс. Квантовый мир — это место, где частицы существуют в нескольких состояниях одновременно, где наблюдатель влияет на результат эксперимента самим фактом наблюдения, где детерминизм уступает место вероятностям.

Стандартная интерпретация гласит, что квантовая суперпозиция — состояние, в котором частица одновременно «здесь» и «там» — коллапсирует в определённое состояние при измерении. Но что вызывает этот коллапс? Пенроуз предложил ответ: коллапс волновой функции — не результат измерения, а фундаментальный физический процесс, связанный с гравитацией. Когда квантовая суперпозиция достигает определённого порога, гравитационное самовзаимодействие приводит к спонтанному коллапсу — объективной редукции. И вот ключевой момент: этот процесс, по мнению Пенроуза, является невычислительным. Он не алгоритмичен. Он не детерминирован. И он может быть источником того самого «нечто», что делает сознание сознанием.

Оставалось найти место в мозге, где квантовые эффекты могли бы играть значимую роль. И тут появился Стюарт Хамерофф со своими микротрубочками. Об этом в следующем посте.

Источник: dzen.ru

Комментарии: