Схема тела и образ тела

Вопрос:

«Может ли быстрое становление схемы тела в 2,5 года после интенсива по сенсорной интеграции косвенно свидетельствовать, что это не аутизм? У ребенка есть диагноз от невролога диспраксия, от логопеда дизартрия, а от психиатра аутизм, но в последнем я сомневаюсь.»

Схема тела (соматогнозис) — это проприорецептивно-моторные репрезентации, представления о пространстве, занимаемом телом в определённой позе и отдельных его частях, находящиеся в зависимости от восприятия гравитации (функция вестибулярной системы). Схема тела — это сенсомоторная функция, не относящаяся к функциям праксиса.

Это бессознательная модель, но в процессе развития ребёнка она подвергается направленному осознанию (после 1,5–2 лет).

Схема тела — это внутренняя репрезентация, бессознательные представления о том, как тело будет располагаться в случае того или иного движения / расположено в данный момент в пространстве; где относительно друг друга находятся части тела, какой они величины, ширины и пр. Расстройства схемы тела — это довольно грубые и редко встречающиеся расстройства восприятия, иначе говоря — иллюзии.

Схема тела — это результат бессознательной динамической интеграции сенсомоторных функций в процессе взаимодействия со средой.

Для того чтобы этого развития НЕ происходило спонтанно, нужно соблюсти условие, чтобы ребёнок в течение первых 1,5 лет находился привязанным к кровати с повязкой на глазах и берушами в ушах, чтобы его не кормили, не поили, не перемещали. Только в этом случае схема тела не будет развиваться спонтанно.

Схема тела начинает развиваться внутриутробно и окончательно оказывается интегрированной в более сложную функцию, которая обозначается как «образ тела», максимум к 1,5 годам.

Таким образом, возраст 1,5 лет — критический для развития / формирования схемы тела у ребёнка. Напомню, что не стоит смешивать понятия «сенситивный период» и «критический период». Сенситивным периодом для развития схемы тела является возрастная вилка от 0 до 1,5 лет, критическим возрастом является возраст — 1,5 года.

После 1,5 лет развитие схемы тела невозможно, так как функция интегрируется (в норме) / не интегрируется (в патологии) в более сложное образование — «образ тела».

Если функция не интегрировалась в более сложное образование к положенному возрасту, то есть два варианта развития событий:

1) она никогда не будет интегрирована, поскольку есть непреодолимый дефицит; речь идёт, например, о крайне редких случаях обездвиженных слепо-глухих детей, с которыми никто не занимается;

2) более высокоорганизованная функция образуется на дефицитарной основе, но в любом случае образуется и будет править балом.

Почему? Потому что как бы плохо или хорошо ни развивался мозг у самого органического органика или самого аутичного аутиста, он всё равно развивается. С дефектологом, сенсорным терапевтом, интегратором рефлексов или без них, но интеграция и перестройка функции происходит в рамках, в первую очередь, генетической программы включения нейронов высших отделов.

Если указанные специалисты / их иные современные аналоги включаются в работу до (!) 1,5 лет, то интеграция схемы тела произойдёт более успешно — это бесспорно. Если не включаются, то менее успешно.

Но после 1,5 лет (поскольку это критический период) ни один суперсовременный интегратор на схему тела повлиять уже не сможет. Это не означает, что он ни на что не повлияет — на что-то точно повлияет. Если любое развитое животное учить чему-либо, то оно обязательно чему-то (!) научится.

Исключение составляют лишь случаи преобразования схемы тела в другую, компенсаторную схему тела: например, после 1,5 лет ребёнку сделали коррекцию зрения, его схема тела будет перестраиваться (не развиваться, а именно перестраиваться); или ребёнку приделали протез к руке, которой не было с рождения, то схема тела тоже перестроится «под новые условия». Но эти перестройки сами по себе иногда провоцируют психотические реакции, как и у некоторых людей их провоцируют обратные ситуации: человеку отрубили ногу, у него схема тела — жёсткое бессознательное образование — с ногой «в комплекте», отсюда — фантомные боли, периодические иллюзии, что нога на месте.

Как происходит развитие схемы тела?

Схема тела имеет две составляющие: аутосоматогнозис и аллосоматогнозис.

Аутосоматогнозис развивается за счёт естественного взаимодействия со средой. Ребёнок бессознательно «оценивает» расстояние — ближе или дальше (когда мать берёт из кроватки, подносит или отдаляет от груди), выше или ниже (в т. ч. когда ребёнок научается занимать вертикальную позу), затем спереди и сзади, справа или слева. Всё это — бессознательные подкорковые процессы интеграции, на которые нет никакого смысла направленно влиять и стимулировать, если мы, конечно, не хотим вызвать психотическую реакцию у ребёнка, когда дидактогенно перестимулируем то, что разовьётся и без нашего вмешательства.

Постепенно к восприятию внутреннего пространства тела присоединяется функция опознания аллоцентрического пространства (аллосоматогнозис) — восприятия своего тела со стороны, то есть со стороны взгляда Другого, в том числе относительно объектов (например, ребёнок, сидя под столом, бессознательно оценивает расстояние от головы до стола, встаёт и не ударяется об стол, чуть приседая). В норме это и происходит к 18 месяцам.

Или не происходит, например, при атипичных детских психозах. Но причиной этого «не происходит» являются не нарушения схемы тела, ведь если бы она была «не сформирована», как пишут в некоторых заключениях, то ребёнок вряд ли вообще освоил бы навык ходьбы; в основе этой неинтеграции в данном случае лежит невозможность репрезентации оценки Другого ввиду протодиакризиса.

Иначе говоря, аутосоматогнозис не интегрируется с социально обусловленным (!) аллосоматогнозисом, в результате чего дефицитарным оказывается следующий уровень психической функции — «образ тела».

Бессознательное восприятие своего тела начинает развиваться ещё до рождения, больше связано с правым мозгом, чем с левым (обратите внимание, что схема тела — это про весь правый мозг, но преимущественно нижние отделы: ствол и базальные ганглии).

Постепенно бессознательная схема тела начинает связываться, интегрироваться с репрезентациями Других (в левом мозге, оттого на образование образа тела существенное влияние оказывает нормальная межполушарная асимметрия).

В том числе за счёт осознания с помощью словесных кодов (ребёнок устанавливает связь, что вот это моё ощущение от вот этого места взрослым обозначается как «рука»), соответственно схема тела начинает осознаваться, частям тела начинают соответствовать названия — это когнитивный аспект более сложной структуры — образа (не схемы) тела.

Образ тела — это уже совокупное (интегрированный ауто- и аллосоматогнозис + когнитивная оценка с помощью первичного мышления + личностная установка) самостоятельное представление о теле, интегрированное с представлениями значимых других; это оценочное (!) представление, относительно осознанное.

Например, когда ребёнок понимает, что он — маленький, а взрослый — большой. Или что кукольный стульчик не подходит для него самого и не нужно усаживаться на него, — можно говорить, что это уже не схема, а образ тела.

Теперь внимание!

Нарушение схемы тела относится к синдрому сенсомоторных нарушений и не относится к синдрому диспраксии.

Следовательно, если мы видим у ребёнка диспраксию, то ему не нужно развивать / формировать то, что у него уже и так есть. Вероятно, если мы это не учтём и будем развивать уже развитое, то «вуаля» — очень скоро мы увидим «потрясающие результаты» от «коррекции».

Нарушения образа тела в структуре РАС, например, как мы видим, в первую очередь связаны с аффективным синдромом и явлениями протодиакризиса, а не с нарушениями схемы тела, и, следовательно, опять же, чтобы работать с образом тела, схему тела мы оставляем в покое и работаем с аффектом, коммуникацией и личностными диспозициями.

И, наконец, если к нам в работу попал ребёнок с грубыми нарушениями зрения, выраженными парезами или параличами, без ноги или без руки, вот тогда — да, мы занимаемся схемой тела. И то до 1,5 лет, ведь мы знаем, что такое критический период.

А что мы делаем после 1,5 лет?

По всем законам дефектологии мы «обходим» нарушенную функцию и развиваем её компенсацию, опять же за счёт развития когнитивного компонента, то есть перестаём укачивать детей на балансирах до позеленения, заворачивать их в кариматы и прижимать в виде сэндвичей, вместо всего этого включаем их мышление через коррекцию установок (заодно и своих). Формировать мышление и корректировать установки можно и на балансире, и внутри коврика, лишь бы и ребёнку, и специалисту было приятно. Но главное — это цель, то, ради чего мы его на балансир ставим: если мы его в 5 лет устанавливаем туда для развития схемы тела, то у нас — явные проблемы с методологией.

Источник: vk.com

Комментарии: