Новая политика США в области ИИ: отчаянная попытка вернуть единоличное лидерство в научно-технической революции

В конце ноября 2025 года президент США Трамп подписал распоряжение под названием «Запуск проекта Генезис». Его цель, как заявлено, создать «платформу науки и безопасности США» для объединения огромных наборов научных данных, накопленных десятилетиями, вычислительных мощностей национальных лабораторий и автоматизации. 

Вашингтон явно нацеливается на монопольное лидерство в новом витке научно-технической революции (НТР) в современном мире.

Способом достижения этой цели, судя по правительственным решениям, будет объединение усилий финансовых и технологических компаний-гигантов, которые с помощью посреднических усилий американского государства будут связаны единым планом для совместного создания замкнутого цикла научных исследований в формате «ИИ + наука». Предполагается, что это поможет США достичь прорывов по «самым сложным вопросам этого столетия», таким как ядерный синтез, биотехнологии, ключевые материалы и полупроводники. 

Говорится, что этот проект является «крупнейшей интеграцией федеральных научных ресурсов со времен программы Аполлон»». 

Проект «Генезис» стал логичным продолжением ряда предыдущих подготовительных решений администрации Трампа. Ещё в конце июля 2025 года Белый дом опубликовал план действий в области искусственного интеллекта под названием «Победа в гонке». В то же время президент США подписал три указа, касающихся трёх основных направлений: федеральных закупок, развития инфраструктуры и экспорта технологий. 

Данный амбициозный проект направлен на то, чтобы вернуть лидерство США в мире в области искусственного интеллекта, а такое лидерство расценивается как необходимая, хотя и недостаточная предпосылка для общего лидерства США в НТР.

В совокупности эти меры свидетельствуют о том, что США, скорее всего, будут стремиться к созданию ориентированной на рынок и минимально регулируемой внутренней среды для развития ИИ. Данный подход отражает фундаментальный идеологический сдвиг, произошедший при администрации Трампа – технологический прогресс ставится выше превентивного контроля государства, который при Байдене был сосредоточен на зелёной повестке», половых и расовых квотах на рабочую силу в высокотехнологичных отраслях. Соответственно, вмешательство регулирующих органов в деятельность всей инфраструктуры НИОКР сводится к минимуму, чтобы повысить конкурентоспособность США в мировой гонке в области ИИ.

Данные меры принесли определённые результаты. В 2025 году благодаря активной поддержке государства в сектор инфраструктуры искусственного интеллекта увеличился поток международного капитала, появилось много новых частных предприятий. Вырисовываетсястратегия администрации Трампа по сочетанию государственной промышленной политики с участием частных и мировых капиталовкладчиков.

Эту тенденцию иллюстрируют несколько крупных проектов капиталовложений. В 2025 году компания «Мета» объявила о вложениях в размере 65 млрд долл. в строительство нового масштабного комплекса центров обработки данных. 

Компания «Майкрософт» выделила 40 млрд долл. на создание центров обучения моделей ИИ и центров внедрения по всей территории США. 

Производство микросхем (МС) на территории США — ещё один ключевой приоритет в программе Трампа. 

В августе Трамп объявил о введении 100% карательной пошлины на все импортные МС и полупроводниковую продукцию, чтобы переориентировать мировые цепочки поставок на внутреннее производство в США. Это дало некоторый результат.

Компания «Эпл» пообещала выделить 100 млрд долл. на перенос ключевых производственных линий своих мобильных телефонов в Техас; ЭНВИДИА объявила о планах вложить 500 млрд долл. в течение четырёх лет в создание инфраструктуры ИИ внутри США; «Глобал фаундерс» выделила 16 млрд долл. на расширение своих производственных мощностей по выпуску полупроводников в Нью-Йорке и Вермонте.

Сочетая вычислительную инфраструктуру, развитие энергетики и промышленную политику, администрация Трампа стремится укрепить внутреннюю экономическую базу в области ИИ и одновременно перестроить мировые цепочки поставок в соответствии со стратегическими интересами США.

Помогут ли такие меры американцам именно в долгосрочной перспективе превзойти Китай? Под влиянием инноваций в иных странах, особенно в КНР в области ИИ, Вашингтон столкнулся с беспрецедентным конкурентным давлением, в котором он как минимум не выигрывает. И причина как раз в более сильной, точнее, определяющей роли государства в КНР в отраслях, определяющих современный научно-технический прогресс. 

Поэтому ноябрьский проект «Генезис» нацелен на то, чтобы использовать усилия американского государства для восполнения недостатков частного сектора и рыночного регулирования в областях долгосрочных и высокорискованных фундаментальных исследований, что было проигнорировано в июльских в 2025 году указах Трампа. 

Нынешние власти США поняли, что полагаться на «глухую» защиту в виде эмбарго на поставки микросхем в Китай, ограничения на участие учёных КНР в международных научных исследованиях, а также на помощь технологических гигантов в рыночной конкуренции, основанной сугубо на логике окупаемости, недостаточно. В документе содержится примечательное признание, что, несмотря на рост финансирования научных исследований в США, скорость научного прогресса замедляется.

Возможно, проект «Генезис» поможет в какой-то степени объединить американские ресурсы и содействовать интеграции ИИ с наукой. Но он игнорирует современные условия, необходимые для НТР. 

Во-первых, проект «Генезис» сталкивается с глобализированным миром, в эпоху многополярной конкуренции, технологий с открытым исходным кодом и сетевых инноваций. Глобальный поток технологий, талантов и капитала все больше затрудняет достижение абсолютной технологической монополии любой страной. Т. е. сама цель, которую США ставят этим проектом, имеет в таком виде утопический характер. 

Во-вторых, Трамп нарушил преемственность политики предыдущей администрации. Он резко сократил финансирование федеральных научных исследований, которые предприняла администрация Байдена, и сделал основную ставку на частный капитал. Учитывая ограниченный срок его полномочий, высокотехнологичный сектор, связанный с ИИ, требующий долгосрочных, стабильных и огромных вложений, сталкивается с огромной политической неопределенностью. 

В-третьих, проект предполагает использование искусственного интеллекта для решения энергетических проблем, но сверхмасштабное обучение искусственному интеллекту и автоматизированные эксперименты, которые он проводит, сами по себе потребляют огромное количество электроэнергии. В контексте старения электросетевой инфраструктуры США это противоречие практически неразрешимо в краткосрочной перспективе.

Чтобы его устранить, Трамп в мае подписал указ о значительном расширении производства ядерной энергии в США с амбициозной целью увеличить выработку ядерной энергии в четыре раза в течение следующих 25 лет.

В то же время КНР за последние два года, имея ограниченное количество высокопроизводительных микросхем, стала крупным участником в мировой экосистеме ИИ благодаря инновационным алгоритмам и применению моделей с открытым исходным кодом, таких как «Дипсик» и «Квен».

Китай в данный момент является всеобъемлющим конкурентом США с целостной промышленной системой, мощным научно-исследовательским потенциалом и огромным рынком. Поле конкуренции Китая с американцами охватывает весь набор технологий ИИ, от фундаментальных исследований до промышленных приложений, от аппаратного обеспечения до программного обеспечения. Учитывая экономическую базу Китая, у США практически нет шансов, чтобы стать монополистом в секторе ИИ, а тем более вернуть себе единоличное лидерство в НТР, опираясь на этот сектор. 

Ли Ян – директор Института науки, технологий и кибербезопасности Китайской академии современных международных отношений отмечает, что алгоритмические прорывы Китая в условиях ограниченных возможностей МС «доказали, что технологический прогресс не ограничивается путем "наращивания вычислительной мощности"». 

«Попытка контролировать весь контекст научных открытий в области ИИ путем создания национальной централизованной платформы, вероятно, недооценивает децентрализацию и появление самих инноваций».