«КУЛЬТУРА - ЭТО ЛИШЬ ТОНЕНЬКАЯ ЯБЛОЧНАЯ КОЖУРА НАД РАСКАЛЁННЫМ ХАОСОМ»

Но история не кончается молчанием. Человек не может существовать в состоянии чистого стыда, в состоянии полной онтологической наготы. Ему нужны прикрытия, опосредования, символические системы, которые создают дистанцию между ним и невыносимой бытия.

Здесь и рождается Культура - не как нечто добавочное, эстетическое, украшательское, ВТОРИЧНОЕ. Она рождается именно из попытки компенсировать, прикрыть онтологическую рану стыда.

Есть простое наблюдение: другие животные чаще всего рождаются со всеми необходимым инстинктам, по крайней мере - в потенции. Человек рождается почти беспомощным. Он нуждается в культуре, как птица нуждается в крыльях. Культура — это наш протез, наш искусственный орган. Наш СКАФАНДР.

Но стоит пойти глубже. Культура не просто компенсирует биологическую неполноту. Она компенсирует онтологический недостаток, который открывается в стыде. Онтологическая нагота - это не физическая обнажённость, которую можно прикрыть одеждой. Это открытость нашего способа существования миру - той фундаментальной незащищённости, которая присуща тому, что мы конечны, смертны, зависимы от других, способны ошибаться и страдать.

Одежда маркирует нашу попытку закрыть эту природную незащищённость, наше несоответствие идеалу. Ритуал создаёт упорядоченные, предсказуемые формы взаимодействия, исключающие хаос непосредственности. Табу обозначает зоны, которые должны оставаться скрытыми, неприкосновенными. Иерархия распределяет стыд, создавая систему координат, в которой можно ориентироваться. Каждый знает своё место, и так вполне можно жить.

Четыре великих сферы Культуры работают как механизмы работы со стыдом:

1) Искусство - это способ трансфигурировать непристойное, показать его в безопасной, символической форме. В трагедии мы проживаем ужасные аффекты - унижение, страх, отчаяние - но в очищающем, катартическом контексте. Это способность показывать то, на что нельзя смотреть напрямую. Как в легенде о Медузе, которую можно увидеть только в отражении щита - её внешнее могущество и красота скрывают что-то настолько ужасное, что прямой взгляд обращает в камень.

2) Религия дает систему легитимации и искупления стыда. Греховность, нечистота - это религиозные способы артикулировать стыд, придавать ему смысл в системе символов. Через покаяние, жертвоприношение, ритуалы очищения человек надеется избавиться от стыда, от скверны. Но парадокс: часто религия углубляет стыд, проникая в самые интимные уголки сознания. Августиновская концепция первородного греха делает стыд онтологической структурой человечества. Мы виновны не за конкретные проступки, а за само наше существование, за то, что мы люди. Религия не избавляет от невроза – но даёт чёткие правила «как в него играть». А это лучше и легче, чем без правил.

3) Мораль возникает как система оправдания, как ответ на стыд. Изначальное напряжение, создаваемое стыдом, требует разрешения. Мораль обещает: если ты будешь следовать определённым правилам, ты не будешь стыдиться. Или стыд станет переносимым. Кантовский категорический императив - это попытка создать универсальное основание морального закона, которое не зависело бы от случайности и партикулярности. Если твой поступок следует всеобщему закону, ты защищён от стыда за свою единичность, за своё отдельное существование.

4) Техника - это последняя и наиболее амбициозная попытка преодоления стыда через достижение абсолютного могущества. Если стыд связан с уязвимостью, ограниченностью, зависимостью, то техника обещает контроль, всемогущество, независимость, господство. “Стать господами и обладателями природы” - знаменитый декартовский лозунг. И это не просто программа научного прогресса - это экзистенциальный проект преодоления унижения, которое привносит (как мы привыкли считать) осознание нашей конечности, нашей болезненности, нашей смертности.

Современные технологии продолжают эту логику. Медицина борется с болезнью и смертью - её стыдной конечностью. Коммуникация преодолевает одиночество. Трансгуманизм мечтает о теле, которое никогда не состарится, не заболеет, не умрёт. Каждая технология - это попытка надеть скафандр защиты от уязвимости, экзоскелет бессмертия.

Но вот парадокс, который нельзя упустить. Культура, искусство, религия, мораль, техника - все эти системы прикрытия - они не устраняют стыд. Они его консервируют. Они буквально живут вокруг стыда, как оболочка вокруг ядра. И сам факт, что нечто должно быть прикрыто, подтверждает, что оно постыдно. Если бы не было стыда, не нужны были бы фиговые листья. Но наличие фиговых листков постоянно напоминает об онтологической наготе под ними.

Более того, чем больше компенсаторных механизмов, чем больше “культурных слоёв”, которые мы надеваем на себя, тем острее может стать страх перед их потерей. Если вся твоя идентичность построена на прикрытиях, потерять их означает полное разрушение. ДАЖЕ ЕСЛИ «на самом деле» и «реально» тебе уже давно ничем не грозит потеря этих «прикрытий».

Источник: vk.com

Комментарии: