Мысль требует молчания. Этюд о современных мыслителях.

МЕНЮ


Главная страница
Поиск
Регистрация на сайте
Помощь проекту
Архив новостей

ТЕМЫ


Новости ИИРазработка ИИВнедрение ИИРабота разума и сознаниеМодель мозгаРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информацииМатематикаЦифровая экономика

Авторизация



RSS


RSS новости


2022-08-01 22:33

Философия ИИ

В таком нагромождении бесконечно появляющихся книг хочется перестать писать вообще, чем я в среднем успешно занимаюсь последние 6, кажется, лет. Хочется убежать от вездесущего текста, но куда, если свежих полей для высказывания не осталось. Все забито очередями контента, желающего секунды славы.

Последние 30 лет те, кто называл себя философом, еще имели возможность создавать концепции, противоположные господствующим и становиться, таким образом, интеллектуальными гегемонами. Сегодня и эта игра уже терпит крах, так как не интересен переворот и не интересно переворачивать переворот.

От великого наследия современным мыслителям не досталось будто ничего и чем они современнее, тем они мельче в своих поисках. Не интересна красота, не интересно безобразие, уже даже не интересна некрасота — на вершине теории сегодня блохи мысли — интересно самое незначительное. Не то, что мы могли не заметить, ведь это было бы классическим пирронством, сомнением, а то, что мы никогда и не должны были замечать. Важны и разбираемы теперь детали самих деталей и их родственники и разные ветви, столь удаляющиеся, что к дереву по этим ветвям не добраться, можно только заблудиться.

Например, метамодерн, который хочет быть прорывом и именовать культуру, но сам выбирает себе вместо настоящего имени модный плащ. Метамодерн — ещё одно дитя сомнений, неспособное выбрать меж истинным и неясным, колеблющееся, что собственно и имеют в виду создатели термина, используя приставку «мета». Мета в значении «после» было бы для них потворством постмодерну, а хочется же быть дальше. Поэтому «мета» даже не после, а ни тут ни там, на полпути — одно из значений слова ??????, которое зачинатели течения использовали в качестве основы для термина, опираясь на платоновский «Пир».

Или спекулятивный реализм, постановивший, что Кант начал то, что он на самом деле закончил — дихотомичность эмпиризма и метафизики. Чтобы оправдать эту игру, приходится притворяться, что и дальше эта логика Канта не развивалась. Иначе не создать свою теорию, а так хочется, мамочки.

Добавьте сюда нефилософию Ларюэля, многочисленные манифесты Бадью, объектно-ориентированную онтология, теорию ужаса… и, к сожалению, всю современную теорию коммуникации, которая в силу своей молодости не успела ещё развиться до классической формы.

А главное в этой современной гуманитарной мысли, что она превращается в темный логос, но не в гераклитовом ключе, ибо у него логос был темен лишь для чтецов или игроков мысли, которые попросту не умели проникать вглубь. Это темнота не логоса, а невежества.

Всех их объединяет конечно то, что они ищут новой красоты так же, как и мы — чувствующие, а некоторые и наблюдающие ее отсутствие во всех сферах культуры: от предметов искусства до ужасающей политики — искусства мазать только красной краской. Но вместо настоящего поиска, в котором ты ищешь то, что где-то есть, они ищут непременно то, чего ещё нет. Ибо если оно есть — его уже неинтересно искать. Как это противоречило бы природе — научный поиск единорогов трудно себе представить — так это противоречит и мысли — ибо в ней тоже нет единорогов, но к сожалению есть химеры — то, что мешает мысли быть собою. Но этот поиск выдаёт в них жажду самой философии вернуться на путь познания, а не игры в словеса, софистику в новых блестящих доспехах, теоретическую фикцию.

В этом поиске современные мыслители стали обращаться за ответами к ужасу, потустороннему, ксенофилии, нечеловеческому, читая откровенную фантазию вроде Лавкрафта — и дошли до ответа: искать красоту надо за пределами человека, за пределами света, истины, тем самым пришли к отрицанию самих себя. Деревья лучше нас, а ксеноморфы способнее. Нам нужно учиться думать у деревьев и быть политиками у шимпанзе. Философия, которая отрицает себя — подсказка своей истинности.

Это невозможное обсасывание уже иссохшей косточки, говорит о голоде, о желании спасительных хлеба и воды — истинных бедных царей изысканных блюд. В философии не принято кричать о революции и, возможно, я кричу уже слишком поздно, что философии как раз свойственно — когда священная сова уже вспорхнула с плеча своей хозяйки облетать завершенный день. Измельчённость такой теории, ее фантазийность, ее жонглирование костями прародителей — не позволяет ей вписываться в истории человечества никуда, кроме кунсткамеры. Это заметил не я и не Вольтер, но у него на этот счет идеальные строчки из «Орлеанской девственницы»:

Толпа ученых входит в этот храм;

На вид они не лишены рассудка,

Почтение они внушают вам,

Все смотрят сановито и прилично,

Все по-латыни говорят отлично,

Толкуют обо всех и обо всем,

И все же — это сумасшедший дом.

Ибо все существенные мысли уже давно раскрыты, а проблемы обозначены, современность вынуждена в своих стараниях обращаться к опыту, а не разуму, так как, чтобы развивать фантазию приходится опираться на реальное, без которого она пустой звук. А так как это обращение фантазийно и фантасмагорично — оно неспособно найти согласия с реальностью. А потому бесплодно, бесполезно, есть лишь развлечение чьей-то мысли, и тех инфантов (что, кстати, означает «немой»), которым всласть кататься на этих диковинных аттракционах. Замкнутый круг порабощения собственной субъективности, выхода из которого нет, так как трясина современной мысли тем гуще, чем ты со слепой смелостью глубже в нее ныряешь.

Современные мыслители пропустили этап молчания — внимательнейшего, а не избирательного исследования всего хода развития мысли до них. Именно это самое трудное сегодня из-за бесконечного ора пестрых теорий, их скоростной смены друг друга, и только здесь и наступает возможное еще только начало мысли — когда становится ясно до куда дошел ее тернистый многовековой путь, и может ли он пойти дальше с тобою. Они пропустили этот этап, будто старое есть несущественное или же вовсе несуществующее по причине одной только своей старости.

Мыслитель сегодня не хочет молчать, потому что выбирает конкуренцию за статус, славу, авторитет, капитал идей и концепций, нежели долгое молчание в пользу истины. Он знает, что молчание будет длительным, а успех не будет гарантирован. Зато успех гарантирует оригинальность, самый простой рецепт которой — «быть собой» в худшем смысле, то есть быть лишь собой, когда за пределами этой собойности только другая чья-то собойность. В этих попытках субъективности быть обязательно услышанной, мысль не может двигаться вперед, ибо оторванная от всеобщего, погруженная в частные измышления, она есть только краска, а краска лишь украшает стену, а не строит ее.

Вот бы не кричать во весь голос, а молчать во всю глубину своего ума. Всем — от пап до политиков, от мам до мыслителей.


Источник: vk.com

Комментарии: