Выражу спорное и, возможно, непопулярное мнение о генетике, медикаментозном лечении психических расстройств и выборе сексуального объекта

МЕНЮ


Главная страница
Поиск
Регистрация на сайте
Помощь проекту
Архив новостей

ТЕМЫ


Новости ИИРазработка ИИВнедрение ИИРабота разума и сознаниеМодель мозгаРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информацииМатематикаЦифровая экономика

Авторизация



RSS


RSS новости


Генетическая редукция в сущности не имеет практической значимости. Объяснение любого психического и поведенческого явления генетическими факторами мало чем отличается от объяснения психопатии проделками Локи: потому что почему бы и нет.

Важно! Я не умаляю генетические факторы: склонность к худобе или полноте во многом зависит от врожденных конституциональных параметров. Однако не стоит забывать, что для набора лишнего веса нужно есть: из воздуха жир не набрать.

Объяснение всего вокруг чисто генетическими факторами имеет далеко идущие последствия для фармакологических корпораций, заинтересованных в том, чтобы лечение пациента происходило преимущественно на медикаментозном уровне. При этом происходит тотальное игнорирование того факта, что поведение человека невозможно без процедурной памяти, где прописаны выработанные поведенческие программы. Вы не можете медикаментозно обучить человека коммуникации с англоговорящими людьми, если он не владеет английским языком.

Если рассматривать имплицитную (закрытую) память, то ее можно во многом свести к хранилищу инструментальных программ поведения: привычки, навыки, условные рефлексы. Большинство из них образуются в процессе онтогенеза - индивидуального развития организма (в данном случае психики).

Если у человека депрессия развивается на фоне хронического провала в отношениях, идущих по одному и тому же сценарию, то медикаментозная помощь здесь лишь устранит симптоматику, но не решит проблему. К примеру, противотревожные средства не лечат причину тревоги. Допустим, она может быть вызвана страхом дезинтеграции Я, которая субъективно переживается крайне сильно.

Снятие негативного чувства не устраняет проблему. Я глубоко убежден, что фокус на фармакологическом лечении - это потакание потребности избавиться от негативных чувств, которое понятно и естественно. Это не говорит о том, что фармлечение плохо и не нужно: если у человека сила аффекта доходит до предела или человек провалился в психоз, он становится недоступен для проработки его проблемы. Я видел страдающих от шизофрении пациентов, которых трясет от долгих лет употребления нейролептиков: они сознательны, критичны, их психоз потушен, но при этом я вижу, что там нет ни следа хотя бы малейшей проработки. Эти люди открыты для работы с психологом/психотерапевтом, но их лечение ограничивается чисто снятием симптома.

На теме той же сексуальной ориентации (и сейчас я говорю сугубо нейтрально!) сломано много копий. Действительно, существуют исследования, которые утверждают, что ориентация определяется генетическими факторами. И нередко у людей с нетрадиционной ориентацией (использую это как нейтральный термин!) кто-то да найдет мутацию какого-то гена. Но! Здесь велик соблазн увидеть то, что хочется увидеть. К примеру, найти какой-то ген у людей с шизофренией и возликовать, думая, что мы-то, дескать, теперь всё объяснили. Однако есть разница между причинностью и корреляцией. И не всегда можно точно определить: вот этот ген - причина или видимое нами явление с этим геном коррелируется?

Когда кто-то со слепой верой (а это чистая вера) утверждает, что та или иная сексуальная ориентация определяется генетически, я как практик работы в сфере психологической помощи задаюсь вопросом: каким геном определяется, например, сексуальное влечение мужчины к женским туфлям? Ведь в психологии существует понятие перверсии (сегодня используется термин парафилия: это когда человека сексуально возбуждают атипичные объекты или ситуации, многие из которых в большинстве своем не несут никакой сексуальной нагрузки: например, те же женские туфли). Какой ген определяет в таком случае выбор в качестве сексуального объекта женски туфли (причем определенного типа, с высокой шпилькой)? При условии, что наши гены в принципе ничего не знают о женских туфлях.

С точки зрения Фрейда, сексуальное поведение включает в себя выбор предпочитаемого объекта. Например, мужчину могут привлекать женщины конкретного типа, а женщину могут привлекать мужчины конкретного склада характера. Точно также у нас есть предпочтения в пище: к примеру, не все этнические русские любят борщ. То есть пищевые предпочтения к тем или иным блюдам генетически не передаются.

Как и стиль привязанности: генетически он никак не передается, а вырабатывается в отношениях с фигурой опеки ребенка. Безусловно, особенности и технические характеристики нервной системы у ребенка будут определены не опытом отношений: одни дети от рождения более возбудимы, другие более требовательны. И на это накладывается опыт.

К слову, есть такая важная с социальной точки зрения вещь - речь. У инфернальных детей речи нет совсем. То есть язык как знаковая система генетически не передается вообще, ему нужно учиться, причем очень долго и нудно. Не может ребенок в русскоговорящей семье родиться с базовыми знаниями английского языка лишь потому, что его дальний предок был англосаксом. То есть генетически, безусловно, у нас есть предрасположенность к речи и владению языком, но без его развития ни о какой речевой коммуникации речи быть не может.

Я, собственно, о чём. Я о том, что попытки редуцировать всё до генетики - это сильное упрощательство, которое по-своему успокаивает: вот сложное и непонятное явление, а вот мутация гена, всё сходится, всё понятно, повесили бирку и получаем гранты на новые исследования. Или вот исследования, которые говорят, что психотерапия фигня, а вот фарма рулит и лечит. Каким образом фарма лечит устойчивый паттерн отвергающего стиля привязанности, если это поведенческая "привычка"? Я с таким же успехом могу говорить везде "ихине", потому что так говорили в той среде, в которой я вырос. Какое чудо-средство должно устранить эту привычку? К слову, какими бы ни были расчудесными вокальные данные у человека от рождения, но специалист по вокалу ему всё равно нужен, потому что без соответствующих навыков человек может лишиться своего соловьиного голоса в одну секунду и навсегда.

Есть довольно серьезные солидные ученые, которые исследуют преступное поведение, особенно тех, на чьей совести (а ее там обычно нет) крайне тяжкие преступления. И эти ученые (из соображения этики не стану называть оных) на полной "научно" ноте утверждают, что, дескать, преступник такой, потому что таким родился. Всё. Баста. Приехали. А если он такой, потому что так родился, то и форма "исправительной" системы себя тут же оправдывает в полную меру. Чем-то подобным нередко грешит и нейробиология: вот человек психопат, потому что у него орбито-фронтальная кора плохо работает и амигдала уменьшена! И тут же эта нейробиология говорит о нейропластичности мозга: то есть если дворник Петя вдруг решит спустя десятилетия неинтеллектуальной деятельности за год изучить (прям изучить и понять) 10 классических трудов по философии, то структура и активность его лобных долей спустя этот год изменится.

Еще раз повторюсь: я не противник ни генетики, ни нейробиологии. И я не пытаюсь объяснить всё сугубо психологией. Я уже здесь высказывал негативное отношение к некоторым своим коллегам, когда они без затей объясняют органические расстройства своих клиентов чисто психологическими причинами: у вас, мол, язва потому, что вы подавляете в себе потребность в зависимости (а если бы такой психолог хотя бы раз в жизни испытал на себе, что такое боль от язвы в желудке, он бы знал, что даже самый несгибаемый человек в таком положении начнет испытывать потребность в заботе и зависимости, поэтому не стоит столь уверенно говорить о причинности).

Комментарии: