ШЕСТЬ УРОВНЕЙ ЗНАКОМСТВА С НАУЧНЫМИ ПРЕДСТАВЛЕНИЯМИ

МЕНЮ


Главная страница
Поиск
Регистрация на сайте
Помощь проекту
Архив новостей

ТЕМЫ


Новости ИИРазработка ИИВнедрение ИИРабота разума и сознаниеМодель мозгаРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информацииМатематикаЦифровая экономика

Авторизация



RSS


RSS новости


Сначала я назову шесть этих уровней, расставив их в порядке от высшего к низшему, а потом скажу о каждом из них и о смысле этой иерархии более подробно. В целом, с этой иерархией сталкивается – и в ней оказывается – любой человек, намеревающийся каким угодно образом приобщиться к научному знанию, т.е. познакомиться с существующими в той или иной научной дисциплине теориями, понятиями и сделанными с их помощью утверждениями о мире.

Для многих полученные таким образом утверждения и становятся самим миром, внутри которого развиваются их дальнейшие суждения и чувства. Поэтому вопрос о происхождении этих представлений, формирующих убеждения о реальности и отношение к ней, становится фундаментальным: теперь это вопрос о том, насколько достоверно все то, что мы знаем – или думаем, что знаем; вопрос о том, чему мы можем верить и на каких основаниях; вопрос о способах получения достаточно надежных убеждений и способов мышления о чем-либо в мире. Речь идет о происхождении и степени надежности представлений обо всем, что мы считаем собой, своей психикой, другими людьми, реальностью. Поэтому я считаю крайне важным следующее разделение и весь последующий текст.

Итак, можно выделить следующие шесть уровней.

1) Производство научного знания, сопровождаемое психологической, социологической и/или философской рефлексией,

т.е. рефлексией с мета-дисциплинарной или вне-дисциплинарной позиции – и устройства собственной дисциплины, и способов получения инфы, и способов восприятия и осмысления этой инфы, и способов производства любых утверждений и теорий

2) Производство научного знания, сопровождаемое внутридисциплинарной рефлексией: вы знакомы только с психиатрией и размышляете только в контексте этих знаний

3) Производство научного знания обыкновенное

4) Потребление произведенного кем-то другим знания из первоисточников:

оригинальные академические статьи и монографии

5) Потребление интерпретаций и пересказов, данных во всех вторичных работах,

среди которых одно из последних мест занимают учебники и руководства

6) Потребление популярной неакадемической литературы и чтение постов в инстаграме

Теперь, чтобы установить между ними отношения и прояснить их смысл, начнем наше движение из середины. Представим, что вы начинаете читать академические статьи и монографии, решив усвоить и понять, например, современные научные представления психиатрии.

Если вы не знаете, как происходит написание статей и проведение исследований, какие люди пишут эти статьи и берутся что-то исследовать, какие существуют гласные и негласные правила исследования и письма об исследовании, насколько отличаются друг от друга фасадные нарративы и реальные практики и установки людей, т.е. как в целом осуществляется процесс производства утверждений, называемых «научным знанием» – то вы не будете понимать и любые первоисточники. То есть чтение академических статей, оригинальных публикаций будет для вас малополезно. Вы не будете знать, как толковать написанное и как понимать те или иные фразы и умолчания. Каким смыслом и какой достоверностью наделять разные заявления. Не будете видеть ритуальные словесные формулы, имеющие не то значение, которое считывается при их буквальном восприятии. И так далее.

Поэтому можно выделить два варианта: чтение сверху и чтение снизу.

Чтение снизу – это когда вам доступны только более низкие уровни: вы читали учебники, поп-литературу и посты в инстаграме и вот решили обратиться к первоисточникам.

Чтение сверху – это когда вы представляете, как устроено все то, что результирует в академический текст, более или менее причастны к разным стадиям такого производства знания и способны более или менее правильно толковать утверждения и умолчания читаемых текстов.

Один и тот же текст, прочитанный снизу и прочитанный сверху, становится двумя совершенно разными текстами. Оказывается, что там написано не нечто вполне понятное любому, кто знает слова. Оказывается, что прочитать его достаточно адекватно можно только сверху, и то не всегда.

Как уже можно понять, люди, занимающиеся обыкновенным производством знания (3 уровень), тоже не могут читать свои и чужие тексты сверху. Они находятся вровень с ними. Они в них растворены. Они не смотрят на них ни с какой другой позиции, такой позиции у них нет. Они усваивают и воспроизводят алгоритмы действования и письма, не задумываясь над ними.

Люди, совершающие обыкновенные научные исследования в психиатрии, психологии или нейронауках,

без мета-дисциплинарной рефлексии их методологии, аксиоматики и всех влияющих на получение результатов и их интерпретацию факторов,

занимаются достаточно бессмысленным умножением статей и действий:

они повторяют набор практик и слов, основания которых им неизвестны и релевантное использование которых они не могут осуществить.

Люди, которые читают такие статьи, читают посты в инстаграме, снабженные маркером большей авторитетности.

Люди, читающие учебники, читают посты в инстаграме.

Люди, читающие посты в инстаграме, хотя бы не введены в заблуждение относительно того, что они делают.

Осталась почти не упомянутая категория людей: тех, кто знаком с психиатрией и может размышлять в ее рамках о своих исследованиях или чужих текстах (2 уровень). Конечно, это не то же самое, что не иметь никакой рефлексии. Здесь, по крайней мере, есть контекст собственной дисциплины и осмысление отдельных ее фрагментов с учетом некоторого массива других фрагментов и знаний. Но этого тоже недостаточно. Такие люди будут выглядеть более осмысленно внутри своей дисциплины, но потеряют эту осмысленность и обоснованность при любой мета-рефлексии. Поэтому, хотя их и можно выделить в отдельную группу и расположить выше тех, кто просто воспроизводит алгоритмы, не имея даже внутридисциплинарного рефлексирования, этого все равно недостаточно и это все равно не позволяет проводить нормальные исследования, писать нормальные тексты и понимать чужие.

Все обучение психиатров и психологов происходит на уровнях 5 и 6. Иногда они добираются до 4 уровня, но всегда в позиции чтения снизу. Они читают учебники, слушают лекции, читают вторичные статьи с пересказами и иногда читают оригинальные статьи-первоисточники или обрывки монографий. Но эти статьи и монографии обычно написаны такими же людьми 4-6 уровня, иногда 3, редко – 2.

Основная масса литературы написана теми, кто слушал пересказы на лекциях, читал учебники и читал снизу академическую литературу. Некоторые из них потом шли заниматься обыкновенным производством знания (3 уровень). Единицы выходили на 2 уровень, осмысляя свои и чужие исследования, концепции и тексты внутри контекста почти всей своей дисциплины.

Но все обычное обучение – это люди с 4-6 уровня потребляют то, что им дают и говорят люди с 3-6 уровня.

Определив уровень, с которого говорит или пишет человек, вы сможете заранее достаточно точно предположить, какую ценность могут иметь его утверждения. Конечно, это не универсальный и идеальный инструмент оценки, но весьма полезный и часто срабатывающий.

Мое убеждение состоит в том, что ценность имеет только первоклассное, или первоуровневое знание. Полезным может быть и знание второго уровня, но только если вы сами сможете перевести его на первый, т.е. поместить в более широкие контексты рефлексии, а также исследовать процесс его получения и конструирования. То есть вам придется провести большую работу, некоторые этапы которой никогда не смогут быть осуществлены так, чтобы получить достаточно достоверные данные.

Все, что происходит на 3 и 4 уровнях, может иметь уже крайне ограниченную и локальную ценность.

Если кто-то проводит исследования и пишет тексты, не понимая, на каких основаниях и как он это делает, и не учитывая множество влияющих на итоговый результат факторов, то любые утверждения и заявления такого человека малополезны и малоценны. Может быть, в каком-то локальном вопросе достаточно случайно он скажет вам нечто фрагментарное, что окажется нужным и не совсем бессмысленным. Но понятно это станет только постфактум, когда вы сделаете за него всю ту работу, которую он сам был не в состоянии сделать.

Если кто-то читает академические первоисточники с позиции снизу, даже если он делает это десятки лет, такое чтение не приводит его к получению достаточно осмысленных и обоснованных представлений. Человек оказывается знаком с корпусом текстов, которые он при этом чаще всего не может правильно интерпретировать и большая часть которых написана такими же людьми, т.е. не имеет достаточной научной ценности.

Все, что происходит на 5 и 6 уровнях, наверное, и так вам знакомо. Люди читают популярную литературу по поп-психологии, поп-психиатрии, поп-медицине, поп-биологии, поп-нейронауке, слушают случайные лекции, прочитывают несколько глав из нескольких учебников, запоминают несколько абзацев текста после пар в вузе, прочитывают несколько сотен постов в соцсетях – и в них смешивается в недиффиренцированную подвижную массу множество верований и утверждений, происхождение и смысл которых они никогда не смогут – или не захотят – исследовать и понять.

Так производятся новые психологи и психиатры, получающие дипломы и идущие работать. Так производятся новые ютуберы и тиктокеры, которые расскажут вам, каковы причины любого вашего состояния и как изменить его с помощью одной простой техники, двух психфарм-препаратов или двадцати сеансов психотерапии.

При движении от первого уровня к шестому вы увидите, как сомнений в научных представлениях и вопросов к ним становится все меньше и меньше. Меньше становится как попыток рефлексировать над происхождением, устройством и достоверностью этих представлений, так и возможностей для этой рефлексии. То есть снижается и научная компетентность, и степень сомнения в усвоенных знаниях.

В принципе, на всех уровнях ниже второго, о компетентности говорить уже не приходится. Там люди делают, думают и говорят то, что возникает и существует непонятным для них образом и что они усваивают в догматическом виде. Дела обстоят так-то и так-то, – напечатано в учебнике, сказано в статье, написанной людьми 3-5 уровней, выучено на лекциях, услышано на семинаре. Дела обстоят следующим образом, – напечатано в другом учебнике, сказано в другой статье, услышано на другом семинаре. Также догматично усвоенные установки и верования, образующие местный коммонсенс, общий здравый смысл, входят в контакт с прочитанным и услышанным, поверяют его, изменяют, смешивают с вне-научными представлениями – и мы получаем ум, речь или текст обычного психолога, обычного психиатра.

Поэтому если оказывается, что говорящие нечто люди находятся не на первом уровне знакомства с научными представлениями и не на пути от второго к первому, то их утверждения мало что значат. А чаще всего – не значат ничего.

Комментарии: