Пургаторий - самый первый предок человека

МЕНЮ


Главная страница
Поиск
Регистрация на сайте
Помощь проекту
Архив новостей

ТЕМЫ


Новости ИИРазработка ИИВнедрение ИИРабота разума и сознаниеМодель мозгаРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информацииМатематикаЦифровая экономика

Авторизация



RSS


RSS новости


Поиски предков людей продолжаются до сих пор. Одно из важнейших открытий - находка самого примитивного прямого предка обезьян - была совершена в 60-ых годах ХХ века. Внешне зверёк напоминал белку, но даже близко не был её родственником.

На севере Монтаны, в довольно-таки безрадостной местности, палеонтологи накопали некоторое количество окаменелостей. Отложения этой пустоши весьма любопытны тем, что сформировались 66 миллионов лет назад, в конце эпохи пуэркия, то есть самого начала кайнозоя, всего через 105-139 тысяч лет после окончания мезозоя, то бишь вымирания динозавров. И вот же радость – тут нашлись зубы как минимум двух видов древнейших приматов из группы плезиадапиформ. Один из них – Purgatorius janisae – уже был известен с 1994 года, а второй оказался новым. Его назвали Purgatorius mckeeveri.

Зверьки друг на друга неприлично похожи, но некоторые детали строения отличались довольно сильно. У P. janisae зубы сравнительно низкие и короткие, с острыми бугорками и гребнями, а у P. mckeeveri – выше и длиннее, но с более уплощёнными бугорками и более округлыми гребнями. Это говорит о том, что P. janisae был более насекомоядным, тогда как P. mckeeveri мог, кроме насекомых, лопать и фрукты, и что попало.

Кроме прочего, нашлись тут и другие зверушки. И вот сравнение диеты разных позднемеловых и раннепалеоценовых млекопитающих рисует чудесную картину.

В конце мела, на исходе эпохи динозавров главными местными фруктоедами были сумчатые Glasbius twitchelli. Не исключено, что эти недо-опоссумы не давали развиться нашим предкам. Но метеорит упал не зря: экологические ниши подосвободились, и пургатории стали всеядными. Показательно, что уже некоторые даже самые ранние приматы стремительно уходили в пищевые специализации: вдвое более крупный Ursolestes perpetior стал совсем насекомоядным, тогда как Paromomys farrandi и Pandemonium dis полюбили фрукты. Новооткрытый P. mckeeveri оказывается самым универсалом, занимая на графиках практически строго среднее положение.

Вместе с тем, иные тогдашние звери – сумчатые и предки современных копытных и хищных – были гораздо более выраженными насекомоядами. К тому же, судя по костям ножек, только пургатории наловчились здорово лазить по деревьям, что определило всю нашу дальнейшую судьбу. Всеядность вкупе с древесностью дали нам подвижность, цепкие ручки, преобладание зрения, безопасность жизни, K-стратегию размножения с минимумом детёнышей и максимумом выживания, обучаемость, сообразительность, социальность и в итоге стали залогом разумности!

Чрезвычайно показательно и соотношение разных видов в последовательных фаунах. В конце мела известен всего один зуб пургатория, причём есть сомнения – не затесался ли он в этот слой из более поздних?

Через 25-80 тысяч лет после окончания мезозоя – начала кайнозоя никаких приматоподобных существ в Монтане совсем не видать, причём фауны-то довольно богатые. Либо пургатории просто ещё не возникли, либо позднемеловая катастрофа лишила местность всех деревьев, либо пургатории пришли сюда позже из других мест.

105-139 тысяч лет после всё той же знаменательной точки отсчёта, как уже сказано, имеются уже два вида пургаториев.

250-328 тысяч лет спустя падения метеорита плезиадапиформы представлены как минимум тремя видами пургаториев, но они малочисленны и представляют меньше пяти процентов от всех индивидов млекопитающих.

А вот 584-691 тысяч лет спустя границы эр к пургаториям добавляется как минимум ещё один их родственник – Pandemonium dis. Хотя приматы по-прежнему отстают по видовому разнообразию от прочих зверей, но самое важное – с этого момента приматы надёжно обгоняют предков копытных в численности, составляя четверть от всех индивидов млекопитающих.

855-1148 тысяч лет после вымирания динозавров число видов приматов вырастает совсем незначительно, безнадёжно отставая от копытных, зато один только примат Paromomys farrandi представляет 56% от всех индивидов, при том, что все копытные составляют меньше 12%!

И лишь спустя миллион с лишним лет после начала нашей эры копытные достигают 29% от числа индивидов.

Мораль сей басни такова: приматы были одними из самых первых плацентарных млекопитающих. Они появились где-то на самой границе мезозоя и кайнозоя, то ли чуть раньше, то ли совсем чуть позже; показательно, что даже в самом раннем достоверном известном роде есть уже два вида, что предполагает какую-то предшествующую эволюцию, которую ещё предстоит прояснить. С самого начала приматы заняли специфическую нишу всеядных древолазов, и этим была предопределена наша дальнейшая эволюция. Несмотря на небольшое и медленно росшее разнообразие и вроде бы медленные темпы размножения, приматы быстро стали едва ли не доминирующей по численности особей группой: с самого начала мы стремились захватить планету и нам таки это удалось!

Комментарии: