ВЕНЕТСКОЕ И ЭТРУССКОЕ ПИСЬМО (93)

МЕНЮ


Искусственный интеллект
Поиск
Регистрация на сайте
Помощь проекту

ТЕМЫ


Новости ИИРазработка ИИВнедрение ИИРабота разума и сознаниеМодель мозгаРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информацииМатематикаЦифровая экономика

Авторизация



RSS


RSS новости


2021-01-07 23:47

лингвистика

Долгое время венетские тексты на урнах и таблицах, на предметах быта и на оружии западные ученые пытались читать с помощью латыни, немецкого или греческого языков. Но из этого ничего толкового не вышло. Были опубликованы фотокопии самих текстов, переводы отдельных фрагментов, комментарии к ним, однако в целом они оставались тайной за семью печатями. Короче, Etruscan non legatur – «этрусское не читается».

Тайну происхождения языка венетов и содержание его текстов удалось разгадать выдающемуся словенскому писателю и учёному ХХ века Матею Бору. Он шел к её разгадке всю жизнь, встречая непонимание, удивление, осуждение и даже противостояние. Ныне переводы венетских, этрусских и ретийских надписей на словенский язык – реальность. Их можно обсуждать, комментировать, но их уже невозможно замолчать.

Некогда, увлекшись историей письменности венетов, доктор Бор обнаружил одну симметричную таблицу слов, где четко проглядывалась композиционная закономерность. Ученый попытался прочитать эту таблицу с помощью учебников по венетскому языку Джованни Баттисты Пеллегрини и Мишеля Лежена. Результат оказался плачевным: ни итальянский, ни французский лингвист не дали ключей к загадочному тексту.

Таблица, однако, не выходила из головы, и доктор Бор уже помимо своей воли продолжал думать о ней. Решение пришло тогда, когда он попробовал читать колонки слов с помощью западных диалектов родного языка. Таблица оказались сводом грамматических правил, где в частности объяснялось спряжение словенского глагола «jekaj» (стенать, причитать, молиться). Когда весь текст оказался освоенным, у Матея Бора оказался в руках ключ ко всей венетской грамоте. И тогда появились первые толкования подписей.

Например, ученый исследует фразу, которую мы передаем латинским шрифтом:

VIDIJ TI K LIMIN PSIRS T BGA

он ее переводит как:

videc ti ki tablice siris tu boga

В переложении на русский это звучит как:

ВИДИШЬ, КТО ТАБЛИЦУ БОГА ТУТ ШИРИТ

Далее следуют лингвистические комментарии:

videj – видишь, или видящий от словенского videc – видеть

ti – ты, слов. – ti

ki (k) – кто, слов. – ki

limini – таблица, от латинского – lamina

psirs – ширить, слов. – siris, siriti

t – тут, слов. – tu

bga – бога, слов. – boga. (50)

И так в каждом конкретном случае. Каждый перевод Матей Бор сопровождает комментарием, разбором отдельных слов и по возможности – фотоиллюстрацией или прорисью текста: OSTI JAREI – ostani jar – останься ярым. Всего их более 200: короткие надписи прикладного и сакрального характера на посуде, на инструментах, на оружии, на каменных плитах и горных скалах.

Опыт чтения венетского письма позволил лингвисту перейти к дешифровке этрусских надписей. Наука накопила немало сведений об этрусках, но все они крайне противоречивы. Одни ученые считают, что этруски – средиземноморский этнос, пришедший из Малой Азии, другие – что они северо-восточного происхождения. Известно, что этруски, чье самоназвание было «расены», поселились на Апеннинском п-ве значительно раньше римлян, как мы рассказали в главе «Глубокие корни». Греческие и римские авторы называли расенов тирренами. Расены имели передовую по тем временам цивилизацию (7-5 вв. до н.э.), славились своей металлургией, священными знаниями и воинскими традициями. Во многом они были учителями италийцев, особенно в период царствования этрусской династии Тарквиниев.

Матею Бору удалось доказать, что язык этрусков содержит существенные элементы венетской грамоты. Следуя проверенному методу, он предлагает свой вариант перевода типологически близких письменных текстов расенов. Здесь и краткие эпитафии, и памятные надписи, и инструкции, и даже шутки. В одной надписи содержится обращение к богине Минерве (Menrva), известной также как Тиния (Tinia), в другой – упоминается знатный воевода и правитель Авлес Белускес (Avles Beluskes), в третьей – содержится предостережение расенам «не пить вместе с хеттами». В сравнительно большом тексте, на двух сторонах золотой пластинки, рассказывается история храма в честь богини Астарты (Ashtart), которую этруски называли Юна (Una, Juna). Он был построен неким знатным князем или вождем по имени Вельянас (Velianas). Храм стал свидетелем войн с пиратами и италийцами, которые, в конце концов, овладели местностью. Этот текст весьма ценен, так как в нем упоминаются этнонимы, созвучные «расенам» и «словенам».

От этрусских надписей доктор Бор переходит к текстам на ретийском и мессапском языках. Первый оказываетсмя ближе к венетскому, а второй – к иллирийскому. С помощью славянских диалектов лингвист читает короткие фразы на охотничьих рожках (RITANIM VLKA – lovecim volka – ловчим волка) и кувшинах (ILIRAI LA ZIOVAJ – Ilirijo tu zovi – Илирию ты зови).

Мимо внимания ученого не проходит тот факт, что в исследуемых им надписях встречаются этнонимы и слова, близкие к балтийским. Взять того же Вельянаса или Белускеса. Матей Бор, конечно, знал о теории балто-славянской общности, существовавшей в Дунайский период (в качестве иллюстрации приводятся многочисленные языковые параллели: dunet – doneti, jemt – jemati, paiest – pojesti, sasalit – zasoliti, vartit – vrteti). Знал он также о связи религиозных центров славян – Ретра – в центральной Европе и на Балтийском побережье. В итоге своей работы ученый смог с определенностью заявить, что эта общность выражалась на базе венетского языка.

Какие общие выводы делает Матей Бор? Его открытия подтверждают теорию автохтонного происхождения словенцев из центральной Европы. Они испокон веков жили в Альпах и по Дунаю, где соприкасались с другими праславянским и прабалтийскими племенами. Это и были венеты, у которых была развитая культура и свой язык. «Единственное отличие между венетским и праславянским, – по утверждению лингвиста, – состоит в алфавите». Грамматика венетского языка, многочисленные топонимы и древние термины до сих пор хранят память о жизни праславян в центральной Европе, однако этого не желают видеть исследователи и политики, воспитанные на антиславянской идеологии.

ПРИМЕРЫ ЧТЕНИЯ ПИСЬМА ЭТРУСКОВ

В качестве доказательства большой проблематичности чтения этрусского письма приведём только один пример. Речь пойдёт о знаменитых золотых пластинках из Пирги, [археологическое открытие 1964] с параллельными надписями на этрусском и финикийском языках. Мы предложим вниманию читателя четыре различных варианта перевода одного и того же текста с пластинок, сделанные М.Бором, А.Немировским и Г.Гриневичем. И подумаем, почему переводчики не пришли к единому мнению.

Немировский относится к дешифровке текста крайне осторожно, скорее как наблюдатель и систематизатор, а не как первопроходец. Он классифицирует надписи, анализирует отдельные имена и топонимы, передает данные наиболее надежных, с его точки зрения, западных исследований. Текст пластинки из Пирги, посвященный богине Уни, в его переложении звучит следующим образом (привожу первые фразы): “Этот вотив (?) и эти храмовые дары, пожертвованные Юноне-Астарте, сооружены. Правящий государством Тефаний Велиана во время обряда вбивания гвоздя подарил их для этого святилища и храмовой пристройки по божественному определению”.

Несколько иной смысл получается у Матея Бора, дешифрующего этрусский текст с помощью диалектов словенского языка и опыта изучения венетской грамоты. Перевод той же самой золотой таблички из Пирги он начинает так: “Этот храм был назван в честь богини Юны-Астарты и возведен воеводой Велианосом словенином (vojvoda Velianas sel slovenji), когда он готовился к сражению”. Далее говорится, что на храм напали пираты, и он был взят италийцами, с тех пор жители поселения – италийцы.

Как мы видим, перевод д-ра Бора по смыслу близок к трактовке Немировского, хотя он читает тот же текст по другим правилам. Главное отличие, бросающееся в глаза, это разная интерпретация словосочетания “velianas sal cluvenias”. Бор считает, что тут речь идет о словенском воеводе Велианосе, а Немировский полагает, что здесь упоминается обряд вбивания гвоздя Велианом. Такой обряд действительно существовал и был связан с культом богини Нортии, о чем будет сказано ниже.

Г.С.Гриневич, автор книги “Праславянская письменность, результаты дешифровки” (М., 1993), критикует любые попытки прочитать этрусские письмена с помощью финикийской подсказки. Главная ошибка ученых, следующих этому методу, по мнению Гриневича, состоит в том, что они не учли слоговый характер этрусского алфавита, праславянского по своему происхождению. Для изображения 28 букв в данном алфавите использовано более 50 знаков. Другая методологическая ошибка в том, что они пытались читать тексты справа налево, по типу семитских языков: “Этрусские надписи, прочитанные с помощью известных этрусских алфавитов (да еще справа налево), – пишет Гриневич, – не несут в себе никакого смысла”. Автор книги о дешифровке праславянской письменности разрабатывает собственную методологию, подбирает к каждой букве текста соответствующий слог и предлагает свое толкование золотых пластинок из Пирги. В них, согласно Гриневичу, содержится рецепт размножения винограда способом прививки. Обладателю рецепта сначала рекомендуется “прирастить цветущую ветвь, дающую более сочные плоды на основной ствол”, а затем объясняется, как срезать виноградную лозу и “рвать ее с рвением”.

Радивой Пешич, о котором мы подробно уже говорили выше, приводит такой перевод: «И та тьма принесла повсюду беду безутешную и вынудила нас размышлять о разорении, как будто и богиня предала проклятию нас СЛАВЯН, которые здесь жили. А вы быстро бросились в бегство и покинули и нас, и все земли РАШАНСКИЕ и предали всех нас и всю землю разорителям ИТАЛИКАМ. Теперь нас рассеяли по всей ИТАЛИИ и имеем беды да измены от своих вожаков, которые не думали о своём поколении и о всех СЛАВЯНАХ, иначе они могли бы иметь счастливую судьбу, а теперь пусть за то воздастся тем предательским сыновьям.»

Очевидное противоречие в толковании одного и того же текста свидетельствует о том, что методы ученых требуют дополнительной проверки. В итоге удача будет сопутствовать тому исследователю, который выберет наиболее точный метод, независимый от этнических предпочтений и политических пристрастий. А поскольку лингвистический ключ лежит в грамматике родственных древних языков, ученые стараются проникнуть как можно глубже в историю письменности и определить генетическую принадлежность языка предков этрусков – пелазгов.

Ещё при чтении различных переводов надо учитывать человеческий фактор. Любой переводчик – представитель определенного времени и места. Он может ошибиться или истолковать любой факт по-своему. Например, во время издания книги М. Бора русская переводчица, в целом справившаяся со сложной работой, использовала вместо слова «черты» – «линейки», вместо «писарь» – «писец», вместо латвийский – эстонский, вместо римляне – ромеи. Богиня Рейтия (ж.р.) – называется богом (м.р.), Троможьят (Триглав) – получает женкий род («она помогала»), жертвенные животные – «приносятся в дар», божественное устье Рейтии – названо «топкой». Если суммировать на основе этих двух вариантов два условных текста, получаем следующее.

Правильная версия: «В Венеции были свои писари, использовавшие чертала со знаками, отличными от римских. Это были жрецы, чей язык был родственным латвийскому. Они почитали богиню Рейтию (в ее небесное устье уходили души умерших), а также Троможьята (Триглава), которому приносили в жертву животных».

Перевод с ошибками: «Венетские писцы имели линейки со знаками, отличными от ромейских. Это были пророки, чей язык был близок эстонскому. Писцы почитали богиню Троможьят, которой дарили животных, а также бога Рейтию, в его топку попадали души умерших».

Выводы делайте сами.

ЭТО БЫЛ РАЗДЕЛ «ВЕНЕТСКОЕ И ЭТРУССКОЕ ПИСЬМО» ИЗ КНИГИ ТУЛАЕВА П.В. «РУСЬ, СЛАВЯНЕ И ИХ СОСЕДИ В ДРЕВНОСТИ» (МОСКВА, «ВЕЧЕ», 2019, С. 364-370). ПРОСЬБА СОХРАНЯТЬ ССЫЛКУ НА ИСТОЧНИК ПРИ РЕПОСТАХ. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Комментарии: