Мозг родителя — Вячеслав Дубынин

МЕНЮ


Искусственный интеллект. Новости
Поиск
Регистрация на сайте
Сбор средств на аренду сервера для ai-news

ТЕМЫ


Новости ИИРазработка ИИВнедрение ИИРабота разума и сознаниеМодель мозгаРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информацииМатематика

Авторизация



RSS


RSS новости

Новостная лента форума ailab.ru


Физиолог Вячеслав Дубынин о материнской депрессии, родительской заботе и функциях окситоцина и пролактина:

Все организмы размножаются. Смысл размножения состоит в том, чтобы оставить потомство — это суперважная задача. Каждое существо должно выживать, питаться, но в конечном итоге размножиться.

С точки зрения биологической целесообразности и эволюционной логики если вы не оставили потомства, то прожили зря: ваши гены пропали. Поэтому существуют самые разные варианты размножения. В итоге появляются следующие поколения, куда переходят молекулы ДНК родителей. Можно сравнить этот процесс с появлением упаковки нового поколения. И с точки зрения ДНК каждое новое поколение организмов — это новая серия упаковок. Желательно, чтобы эта емкость для ДНК становилась все более совершенной или по крайней мере адаптированной к окружающей среде. Мир меняется, и организмы тоже должны меняться, поэтому нужно создавать все новые и новые версии.

Родительская забота крайне важна для того, чтобы потомство выжило. Можно обойтись и без нее: рыбы выметывают икру, бабочка откладывает свои яички в щелочке забора, а дальше гусеницы или мальки должны сами справляться с проблемами. Но очень эффективным оказывается позаботиться о потомстве и сделать так, чтобы следующее поколение все-таки выживало с большей вероятностью, а гены не пропадали.

Такая забота о потомстве видна не только в мире животных, но и в мире растений. В конце концов, появление семян, плодов, различных способов переноса этих плодов на новую территорию (летучки, цеплялки или просто вкусная ягода, которую млекопитающее съест и внутри себя перенесет на другую территорию) — это все подобного рода адаптации.

Примеры ухода за потомством мы видим и у рыб, и у амфибий, и у рептилий. Но в наиболее явной форме это проявляется у теплокровных. Сама работа его организма и функции мозга настолько сложны, что детенышу совершенно не обойтись без родителей. В принципе наш мозг, мозг теплокровных, и мозг птиц, и мозг млекопитающих нуждается в длительной настройке, обучении. В том, чтобы родители вас охраняли, добывали пищу и показывали различные поведенческие навыки, для того чтобы зеркальные нейроны могли перезаписывать это поведение в мозг детеныша.

Родительское поведение порой вступает в конкуренцию с пищевым поведением и безопасностью. Представьте себе, что какая-нибудь крыса впервые родила, появились эти розовые комочки. Насколько сильно должно произойти переформатирование поведенческих программ в ее мозге? Ее мозг должен понять, что это не еда, что этого не нужно опасаться, об этом нужно заботиться, строить гнездо, вылизывать, кормить и так далее. Должны включиться программы родительской заботы, и это очень сложный, но колоссально важный процесс.

У нас в мозге за все это отвечает зона переднего гипоталамуса. Там находятся центры родительского поведения, которые подвержены гормональному контролю. Очень важным фактором является воздействие на структуры переднего гипоталамуса таких гормонов, как пролактин и окситоцин. Тогда подавляются центры другого поведения, и материнское поведение (или, шире, родительское поведение) становится главным, то есть начинает доминировать.

Окситоцин — это гормон, который был открыт как гормон, связанный с родами. Он влияет на гладкомышечные клетки: начинается сокращение матки — это влияние было описано первым. Кроме того, окситоцин влияет на сокращение протоков молочных желез: идет выделение молока. Поэтому окситоцин оказывается очень важным и для процесса родов, и для дальнейшего ухода за детенышами, особенно в случае млекопитающих, где лактация — необходимый компонент материнской заботы.

Окситоцин сам по себе представляет пептидную молекулу — это девять аминокислот, формирующих небольшое колечко на конце. Эта молекула появляется в эволюции достаточно рано и везде, где есть хоть какой-то вариант родительской заботы, даже у рыб, и мы встречаем окситоцин или окситоциноподобные молекулы. У нас, млекопитающих, окситоцин приобретает более широкие функции: он отвечает не только за формирование родительской заботы, а с ним связано вообще формирование привязанности в паре, привязанности в стае. Об этом я еще не раз скажу.

Более специфично с родительской заботой связан гормон пролактин. Это мощная, крупная белковая молекула: там почти 200 аминокислот. Само название «пролактин» говорит о том, что он связан с лактацией. Под воздействием этого гормона клетки молочных желез производят молоко. Окситоцин запускает сокращение протоков, а выделение молока — это функция пролактина. Когда детеныш сосет материнскую грудь, механическая стимуляция соска передается на гипоталамус. В нем находятся нейроны, управляющие выделением окситоцина, пролактина. Эти гормоны выходят в кровь, воздействуют на молочную железу — больше молока, возникает система с положительной обратной связью. Это влияет на центры родительского поведения, возникают положительные эмоции, и привязанность к детенышу усиливается. В итоге можно кормить долго, счастливо, все довольны, детеныш сыт, мама тоже, значит, испытывает положительные эмоции. Это очень важно, потому что от этого зависит здоровье детеныша, его иммунитет.

Пролактин и окситоцин выделяются не только в женском организме, но и в мужском. Homo sapiens относится к такому биологическому виду, у которого о детенышах заботится не только самка, но и самец, то есть мужчина. Это называется biparental care, то есть два родителя заботятся о детеныше. Это нечастая ситуация, потому что в большинстве случаев если и есть родительская забота, то в основном этим занимается самка. Но Homo sapiens — серьезное исключение. Мало того, что у нас преимущественно моногамные отношения в паре, еще идет и длительная забота о детеныше. Антропологи это логично связывают с тем, что человеческий детеныш очень долго взрослеет, долго совершенствуется его мозг. В итоге первые несколько лет жизни он практически беспомощен. Женщина не может самостоятельно вырастить подобное потомство без помощи мужчины. И моногамия, и biparental care нужны для большей вероятности выживания детей. Это оправдало себя в ходе эволюции, потому что численность людей на планете колоссальна и продолжает увеличиваться, значит, система работает.

Кроме гормональных сигналов на формирование родительской заботы воздействуют сенсорные стимулы, которые передаются от детеныша и воспринимаются анализаторами родителей. Это многочисленные зрительные, слуховые, обонятельные сигналы. У разных видов животных это организовано по-разному. У млекопитающих это baby shape, то есть общая присущая детенышам форма: большая голова, большие глаза, достаточно короткие конечности. Такой пухленький, кругленький, то, что называют «мимими». Эти формы воздействуют на центры родительского поведения, и начинается выделение пролактина, окситоцина, усиливается родительская мотивация, и нам хочется заботиться об этом существе, защищать его и делать для него что-то приятное.

Существует много прямых измерений концентрации окситоцина, пролактина в крови и воздействия различных сенсорных признаков, касающихся детенышей. Недавно мне попалась одна филиппинская статья, когда измеряли пролактин у молодых людей в возрасте примерно 18 лет. Смотрели, сколько у них в фоне пролактина. Все они пока что были не женаты, и у них не было детей. К этим молодым людям вернулись через 5 лет, и оказалось, что те, у кого в 18 лет было больше пролактина, с большей вероятностью женились и у них больше детей. То есть действительно существует прямая зависимость от концентрации пролактина родительской заботы не только в женском, но и в мужском организме. Но жизнь сложная, и у некоторых людей, у которых в 18 лет было мало пролактина, все равно через 5 лет появилось двое-трое детей. И если у них смотреть концентрацию пролактина в крови, то оказывается, что она тоже высока.

Получается, многое зависит от врожденной установки этой системы, а уровень родительской заботы определяется тем, какие там гены, как шел онтогенез, пренатальное развитие. Но если жизнь так сложилась, что вас окружают детеныши, то ваш мозг, ваш организм на это откликаются, и в крови становится больше пролактина, а программы родительской заботы, как правило, успешно инсталлируются и успешно функционируют. Это важнейший компонент нашей психической жизни и важнейший компонент существования нашего биологического вида.

Помимо врожденных программ, огромное значение имеет обучение, то есть накопление опыта родительской заботы. Это очень важно для стайных животных. Мы видим, что у многих стайных животных подросткам позволяется контактировать с младенцами, так чтобы программы, связанные с передним гипоталамусом, «прозванивались» и некоторые нейросети срабатывали, усиливались. Чтобы потом, когда появятся собственные детеныши, все это случалось более эффективно.

У лабораторных белых крыс подростки (им около 35 дней — это 12–13 человеческих лет) очень охотно взаимодействуют с крысятами-младенцами. Они их вылизывают, переносят. Более того, они даже играют с муляжами маленьких крысят, то есть это действительно очень похоже на человеческую игру в куклы. Те, у кого есть предварительный опыт родительской заботы, эффективнее заботятся и о собственных детенышах. Поэтому человеческому детенышу дается кукла и предлагается поиграть, чтобы потом, когда он повзрослеет, это распространялось на реальных детенышей. И если у вас есть младшие братья или сестры, то ваше собственное родительское поведение, конечно, будет реализоваться более эффективно.

Больше проблем с первыми родами и первым детенышем, а потом, благодаря обучению, родительское поведение реализуется все более эффективно и все более успешно. Хотя, конечно, как и во всякой сфере, бывают проблемы. И в случае родительского поведения, как и в случае любой биологической потребности, бывают гиперманифестации, то есть такие маниакальные проявления, когда женщина готова украсть чьего-нибудь ребенка. Кстати, подобные истории показаны и для стай шимпанзе.

Гораздо чаще встречается, к сожалению, ситуация материнской родительской депрессии, когда данная система не запускается с достаточной эффективностью. Бывают гормональные сбои, а иногда и нейромедиаторные, потому что существует целых два медиатора, которые способны подтормаживать работу центров родительского поведения, — это дофамин, уменьшающий выделение пролактина, и эндорфины, тормозящие центры родительского поведения.

Важно, чтобы женщина осознавала, что проявление материнской депрессии — это частая проблема, не скрывала ее наличие, обсуждала это со специалистами, в том числе с психотерапевтами. Обычно это достаточно быстро и эффективно купируется. Проходит несколько недель, и счастье материнства и общения с ребенком начинает проявлять себя. Дети — это огромный источник положительных эмоций, и если это не случилось в вашей жизни, то чего-то вы не доберете.


Источник: postnauka.ru

Комментарии: