Томас Метцингер — Сознание человека и машин

МЕНЮ


Искусственный интеллект. Новости
Поиск
Регистрация на сайте

ТЕМЫ


Новости ИИРазработка ИИРабота разума и сознаниеВнедрение ИИРобототехника, БПЛАТрансгуманизмОбработка текстаТеория эволюцииДополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информации

Авторизация



RSS


RSS новости

Новостная лента форума ailab.ru

Томас Метцингер — Сознание человека и машин

В рамках проекта «Банк знаний», созданного вместе с Корпоративным университетом Сбербанка и посвященного современным технологиям и их влиянию на современную жизнь, философ Томас Метцингер рассказывает о том, как ограничено наше сознание, надо ли искать сознание и машин и должны ли роботы страдать.

— Где находится точка пересечения нейронаук и философии?

— Наиболее общая позиция в отношении этого вопроса заключается в том, что философия сознания занимается не изучением психического состояния человека, его сознания и интеллекта, а изучением концептов, которые мы используем для описания психического состояния или сознательного опыта. В таком случае можно сказать, что науки первого порядка вроде нейронаук или психологии описывают конкретное состояние объектов в мире. А философия как дисциплина второго порядка смотрит на другие науки и описывает их объекты. На самом деле все не так просто. Например, если нейроученый хочет сказать что-то о том, что такое сознание, он прежде всего задастся вопросом о том, что нужно объяснить, для того чтобы это понять.

Сознание — это не исключительно нейронаучное понятие. За ним стоят столетия исследований внутри философии и намного меньше — внутри нейронаук. Поэтому правильным вопросом будет: что выступает в роли экспланандума, что необходимо объяснить? И ответом может быть: они вообще не объясняют сознание, они занимаются лишь сенсорным восприятием или вниманием.

Другой теоретический подход к этой проблеме в рамках философии состоит в том, чтобы спросить, что вообще считается объяснением. Так, нейроученые могут иметь некоторые представления о том, что является сознанием, и в какой-то момент они могут заявить, что нашли ему объяснение. В таком случае задача философа будет заключаться в том, чтобы спросить, что понимается под объяснением. Это помогает понять, есть ли у них на самом деле объяснение, или они только заявляют, что нашли его, или, возможно, объяснение сознания в принципе не может существовать. Таким образом, философию можно рассматривать как науку о концептах, теоретическую науку.

Учитывая все это, нужно понимать, что в настоящее время все не так просто. Уже нельзя с точностью определить, где проходит граница между эмпирическими и теоретическими вопросами.

— Как философия начала интересоваться изучением сознания?

— Сознание — это понятие, имеющее относительно короткую историю, которая начинается с 1650-х годов. В колледже Святой Хильды преподавала известный философ Кэйти Уилкс, которая отметила, что 90% языков на планете не имеют слова «сознание». Естественно, в этом контексте вопрос о важности изучения этого понятия выглядит сомнительно, но причины есть.

У истоков современного представления о сознании стоял Декарт, в 1650 году разрушивший все предшествующие представления об устройстве человеческого мироощущения своим концептом когнитивного сознания. Знаменитая идея Декарта заключается в том, что тело протяжено в пространстве, состоит из частей и, значит, может быть разделено. Разум не имеет пространственной привязки и не может быть разделен. Это представление легло в основании проблемы тела и разума. Сознательный опыт — одна из плоскостей современного осмысления проблемы тела и разума.

Очень важно задаваться вопросом о важности таких исследований. Нужно понимать, что это всего лишь одна небольшая традиция в западной философии, для которой сознание стало большой проблемой. Люди из Южной Америки или Китая, например, могут вообще не задаваться этим вопросом и не понимать его. Так что, конечно, эта проблема относительна. Но опять же есть большая разница между бодрствованием и пребыванием под анестезией.

— Какова связь между классическим определением сознания и понятием туннеля эго, которое вы разработали?

— Как я говорю в начале своей книги, есть несколько простых проблем, связанных с проблемой сознания. Например, «the one world problem» — вопрос о том, почему у нас есть чувство, что мы живем в одном мире и в одной ситуации. Людям это кажется чем-то абсолютно нормальным, но у мозга должна быть какая-то причина воспринимать мир именно так. В классической философии эта проблема называлась проблемой единства сознания. Сейчас нас интересует вопрос о том, как происходит глобальная интеграция в мозге.

Другая проблема — «проблема сейчас» (the now problem). Возможно, не все это замечают, но содержание нашего сознания ни в будущем, ни в прошлом, а всегда в настоящем времени. Даже если у вас есть план того, чем вы будете заниматься завтра, у вас в голове есть сознательная ментальная ситуация «сейчас». Даже если вы вспоминаете о том, что случилось с вами в возрасте шести лет, у вас все равно в голове осознанное воспоминание «сейчас». Таким образом, любой сознательный опыт всегда в настоящем времени. И нам необходимо понимать, что это значит.

Третья проблема — «проблема реальности» (the reality problem). Почему все вокруг выглядит таким реальным? Почему это не просто мое сознание, но реальность? Например, многие люди думают, что они открывают глаза и видят цветные объекты. Конечно, все мы знаем со школьных уроков физики, что во всем мире не существует цветных объектов. Каждый раз, когда вы переживаете ощущение красного или зеленого, вы переживаете всего лишь модель, сконструированную вашим мозгом, модель дерева или яблока в вашей руке. Все эти качества (краснота, соленость, холод) — стены туннеля эго. Это не так для разума или знаний, но сознательный опыт (цвета, звуки, чувства) — это то, что определяется в нашей голове. Наши знания — нет, социальные взаимодействия — нет, культура — нет, но субъективное переживание всего этого определено в наших головах.

Это очень интересная проблема — почему кто-то испытывает именно такой опыт (почему это ваша мысль, а не просто мысль; почему это ваш опыт, а не просто опыт; кто такой я, который испытывает этот опыт?). Самый сложный вопрос — можно ли натурализировать опыт с перспективы первого лица? Можем ли мы достичь упрощенного научного понимания этой среды, внутренних сетей? Существует не только модель реальности с цветами и звуками, но также есть некто, кто испытывает ее.

— Насколько сильно туннель эго упрощает наше восприятие реальности?

— Объективная реальность намного более сложна, чем мы ее видим и воспринимаем. Реальность не только намного богаче, чем мы осознанно испытываем, но она еще и совсем другая. Человеческая нервная система — продукт миллиона лет эволюции. Ее цель была не показать реальность такой, какая она есть, но помочь нам выжить, скопировать наши гены наиболее эффективным способом. Так, например, у многих животных отсутствует цветное зрение. Человеческие существа имеют цветное зрение, скорее всего, потому, что оно помогало нашим предкам, обезьянам в Западной Африке, отличать спелые фрукты от неспелых.

Современные исследования показывают, что осознанный опыт включает в себя большую долю самообмана. Например, если вы посмотрите на своих детей, вы автоматически будете воспринимать их более умными и более красивыми, чем других детей. Это не ваше мнение, не ваше суждение — вы просто так видите. Чаще всего мы даже не осознаем, как предвзято и субъективно наше восприятие. Оно конструирует мир, в котором мы живем. И это большая удача, что он выглядит так реально.

Какой была бы реальность, если бы человек мог воспринимать ее во всей ее сложности? Это означало бы иметь органы чувств для космической радиации, ультразвука — всего. Нам понадобились бы очень сильные когнитивные способности только для того, чтобы просто воспринять всю эту информацию. Я считаю, что сильная сторона сознательного опыта заключается в том, что он снижает сложность реальности, что он является очень мощным фильтром внешнего мира, который нам просто необходим. В противном случае ваш мозг должен быть способен обработать всю эту информацию. Возможно, такие вещи просто физически невозможны для существа, имеющего физическое тело.

— Что означает «иметь сознание» для машины, не являющейся таким существом? Будет ли оно так же упрощать реальность для них, как делает это для людей?

— Во-первых, с этической точки зрения я категорически против создания искусственного сознания у машин. Туннель эго принес в наш биологический мир множество страданий, и я твердо убежден, что сознательный опыт подразумевает намного больше страданий, чем счастья. Мы не должны приумножать это в машинах: искусственный интеллект — это одно, искусственное сознание — другое.

Вопрос скорее заключается в другом: возможно ли искусственное сознание? Может быть, оно невозможно, потому что только существа с биологическим телом и метаболизмом могут переживать сознательный опыт. Но если оно возможно, то для чего оно будет хорошо? Для чего возникло сознание? Для чего машинам нужно испытывать сознательный опыт?

Этими вопросами задается исследовательское сообщество, занимающееся вопросами сознания. Возможно, оно лишь побочный эффект, не имеющий последствий. Однако есть некоторые факторы, которые работают быстрее при наличии сознания, чем без него (например, процесс обучения). Учиться на своих собственных ошибках всегда получается быстрее и эффективнее, когда вы сознательны. Сознание — это высокий уровень гибкости интеллекта, умение быстро менять свое поведение, не быть машиной.

Я считаю распространенным философским заблуждением думать, что различие между искусственным и естественным исчерпывающе и исключительно. Например, в последнее время мы все чаще сталкиваемся с искусственными нейронными сетями. Они работают по принципу биологической обработки информации на искусственном «железе»: компьютеры искусственны, но способ, при помощи которого они обучаются или видят, биологический. С другой стороны, люди стали использовать целых животных в качестве «железа» для работы: компьютерные чипы имплантируют в крыс или тараканов. Получается, что у них в мозге есть небольшая искусственная вещь, но все тело биологическое. Я думаю, что это можно считать началом исторических изменений: скоро мы увидим киборгов — людей, которые будут иметь много искусственных частей или генетически сконструированное биологическое «железо». Скоро появятся дети, которые будут уметь пользоваться интернетом или планшетами до того, как обучатся чтению и письму. Возможно, для этих детей различие между искусственными и естественными разумом и чувствами полностью исчезнет. Это очень опасная ситуация.

Автор: Томас Метцингер.


Источник: postnauka.ru



Поддержи проект ai-news рублем. Машины верят в тебя! >>



Комментарии: