Философские понятия Анри Бергсона

МЕНЮ


Искусственный интеллект. Новости
Поиск

ТЕМЫ


Внедрение ИИНовости ИИРобототехника, БПЛАТрансгуманизмЛингвистика, обработка текстаБиология, теория эволюцииВиртулаьная и дополненная реальностьЖелезоКиберугрозыНаучный мирИТ индустрияРазработка ПОТеория информации

RSS


RSS новости

Авторизация



Новостная лента форума ailab.ru

Философские понятия Анри Бергсона

Основные понятия, с помощью которых французский философ, лауреат Нобелевской премии по литературе Анри Бергсон (1859–1941) определяет сущность «жизни» — «длительность», «творческая эволюция» и «жизненный порыв». Жизнь не может быть схвачена интеллектом. Интеллект способен создавать «отвлеченные» и «общие» понятия, он — деятельность рассудка, а воспроизвести реальность во всей органичности и универсальности можно, только воссоздав ее. Это под силу лишь интуиции, которая, будучи непосредственным переживанием предмета, «внедряется в его интимную сущность».

Целостное постижение действительности может быть «эмоционально-интуитивным». Кроме того, наука всегда имеет в виду практическую полезность, а это, по Бергсону, одностороннее видение. Интуиция направляет внимание на «первичную данность» — собственное сознание, психическую жизнь. Только самонаблюдению подвластна непрерывная изменчивость состояний, «длительность», а, следовательно, и сама жизнь. На данных предпосылках выстраивается учение об эволюции органического мира, влекомого «жизненным порывом», потоком «творческого напряжения». Человек находится на самом острие творческой эволюции, причём способность осознать всю ее внутреннюю мощь — удел избранных, своеобразный «божественный дар». Это объясняет элитарность культуры.

Книги и понятия

«Материя и память»

В книге «Материя и память» Бергсон выступил против как материалистических, так и идеалистических традиций. И материализм, и идеализм он считал «одинаково крайними, избыточными положениями». Ошибка идеализма — в сведении материи к представлению, заблуждение материализма — в превращении материи в вещь, «производящую в нас представления, но отличную от них по своей природе». Какая же позиция была заявлена Бергсоном в противовес и материалистическому, и идеалистическому монизму? «Эта книга, — Разъяснял Бергсон в Предисловии к седьмому изданию "Материи и памяти", — утверждает реальность духа, реальность материи, и в ней делается попытка определить отношение между первым и вторым на ясном примере — примере памяти. Книга, следовательно, очевидно дуалистичная. Но, с другой стороны, она обрисовывает тело и дух таким образом, что появляется надежда если и не упразднить, то значительно смягчить те трудности, которые всегда возникают в связи с дуализмом...».

Значительную роль в объяснении единства материальных (здесь: физиологических) и духовных (здесь: психических) процессов традиционно играл анализ восприятия. Это и понятно. Ведь восприятие обычно рассматривалось и еще сегодня рассматривается как один из «ближайших» к внешнему миру, к материи и наиболее элементарных актов познания. Материалисты и идеалисты, казалось бы, по-разному интерпретировали восприятие. Но Бергсон указал на принципиальную общность их позиций в данном вопросе: «и для тех, и для других воспринимать — значит прежде всего познавать»; «...они неизменно пренебрегают отношением восприятия к действию и воспоминания к поведению».

Бергсонианская интерпретация восприятия — как, впрочем, и других форм, структур, элементов сознания, психики — является разновидностью активизма: восприятие и психика в целом ставятся в зависимость от целостного, актуального человеческого действия. Восприятие, согласно Бергсону, лишь измеряет способность человеческого существа к действию. В своей приспособленности к действию, на службе которого и стоит восприятие, человеческое тело органически вписывается в мир природы.

«Мы сказали, что материальный мир состоит из объектов, или, если угодно, из образов, в которых все части действуют и реагируют одна на другую, совершая движение. Наше чистое восприятие конституировано в среде этих образов наброском нашего зарождающегося действия. Актуальность нашего восприятия состоит, стало быть, в его активности, в движениях, которые его продолжают, а не в относительно большей интенсивности... Но этого-то упорно и не хотят видеть, смотря на восприятие как на разновидность созерцания, приписывая ему чисто спекулятивную цель и направленность на некое неведомое бескорыстное познание: как будто отделяя его от действия, обрывая таким образом его связи с реальным, его не делают сразу и необъяснимым, и бесполезным!».

***

«Творческая эволюция»

Одна из основополагающих работ Анри Бергсона, впервые опубликованная в 1907. Книга претендует на звание трактата по философии эволюции.

Бергсон полагает, что эволюция — это величайшее открытие человеческой мысли (связываемое с именами Спенсера, Дарвина и Ламарка). Она дает ключ к пониманию того, что тканью самой реальности является длительность (фр. Duration). Сама материя, утверждает Бергсон, «скорее течение, чем вещь». Восприятие реальности в её дискретной форме — это главное заблуждение интеллекта. Этой аналитической способности понимания Бергсон противопоставляет синтетические инстинкт и интуицию («бескорыстный инстинкт»). Однако он не принижает интеллект, который позволяет жизни превратить материю в своё орудие, поскольку интеллект — это также «способность фабриковать искусственные предметы» и продукт самой эволюции. Двигателем самой эволюции Бергсон считает жизненный порыв (фр. ?lan vital) — некоторый заряд энергии, позволяющий переходить от простых форм организации материи к сложным. Сущностью эволюции является развитие по расходящимся линиям.

1 глава. Об эволюции жизни.

2 глава. Направления эволюции.

3 глава. О значении жизни.

4 глава. Кинематографический механизм мышления.

***

«Два источника морали и религии»

«Два источника морали и религии» — это последняя книга выдающегося французского философа-интуитивиста Анри Бергсона. После «Творческой эволюции» — это самое знаменитое его произведение, которое впервые переводится на русский язык. В этой книге впервые разрабатываются идеи закрытого и открытого общества, закрытой и открытой морали, статической и динамической религии. Автор развивает поразительно глубокие, оригинальные и пророческие мысли о демократии, справедливости, об опасностях, которые подстерегают человечество, и о том выборе, который предстоит ему сделать.

***

«Длительность и одновременность» (По поводу теории Эйнштейна)

Работа посвящена осмыслению начинавших складываться в то время релятивистских представлений о мире. Это прекрасный пример философского осмысления смены парадигмы, задаваемой изменяющимися представлениями о мире, и одновременно рассуждение, отделяющее сферу общефилософской интерпретации от собственно научной составляющей обсуждаемого материала.

Длительность — теория времени и сознания положенная философом Анри Бергсоном.

Бергсон стремился улучшить недостатки, которые он увидел в философии Герберта Спенсера, в связи, как он считал, с недостатком знаний Спенсера о механике, что привело Бергсона к выводу, что время ускользает от математики и естественных наук. Бергсон понял, что момент, когда человек пытался измерить время, ушел: измеряется неподвижная, полная линия, тогда как время подвижное и неполное. В отдельных случаях, время может ускоряться или замедляться, тогда как для науки оно останется прежним. Таким образом, Бергсон решил исследовать внутренний мир человека, который является типом продолжительности, ни единство и не количественную множественность. Длительность невыразима и может быть отображена только косвенно, через образы, которые никогда не могут показать полную картину. Это может быть постигнуто только с помощью интуиции воображения.

Изображения длительности

В «Введении в Метафизику», Бергсон представляет три изображения длительности. Первое имеет две катушки: одна разворачивающаяся, чтобы представлять непрерывный поток старения, чувствуя своё приближение к концу продолжительности жизни, другая-сворачивающаяся, чтобы показать непрерывный рост памяти, который, по мнению Бергсона, равняется сознанию. У человека без памяти могут возникнуть два одинаковых момента, но, говорит Бергсон, осознавая, что человек, таким образом, будет находиться в состояние смерти и возрождения, которую он отождествляет с потерей сознания. Изображение двух катушек, несмотря на то, что они из однородной и пропорциональной нити, в то время, как Бергсон считал, что никакие два момента не могут быть одинаковыми, поэтому продолжительность неоднородна.

Бергсон потом предоставил изображение спектра тысячи постепенно меняющихся оттенков с линией, которая проходит через них, находясь под влиянием и поддерживая каждый оттенок. Но даже этот образ является неточным и неполным, поскольку он представляет длительность в виде фиксированного и полного спектра всех оттенков, сопоставленных в пространстве, в то время как продолжительность неполная и постоянно растет, ее состояние это не начало и не конец, а что-то смешанное.

«Вместо этого, давайте представим бесконечную маленькую часть эластика, стягивающуюся, если бы это было возможно, к математической точке. Давайте сделаем это постепенно, таким образом, чтобы выявить точки линии, которая постепенно будет расти больше. Давайте сконцентрируем наше внимание на линии не как на линии, а как на действие, которое она отслеживает. Давайте считать, что это действие, несмотря на его продолжительность, является неделимым, если предположить, что оно идёт без остановок; что, если мы добавим остановку в него, то мы получим два действия вместо одного, и, что каждое из этих действий потом будут неделимы, как мы и говорили; что это, сам по себе, не движущийся акт, который никогда не делится, а неподвижная линия, которой он ложится в пространстве, как дорожка в пространстве. Давайте перенесём наш ум от пространства, стягивающего движение, и сосредоточимся исключительно на самом движении, на акте напряжения или расширения, в общем, на чистую мобильность. На этот раз у нас появится более точный образ нашего развития в срок». Анри Бергсон

***

«Смех»

Книга «Смех — единственный собственно эстетический труд крупнейшего французского философа А. Бергсона. Обращаясь к обширной области смешного в жизни и комического в искусстве, он вместе с тем дает глубокий анализ главнейших философских проблем: сущность человека, взаимосвязь индивидуального и социального, единичного и типического; природа художественного творчества и специфика эстетического восприятия. Ключ к разгадке проблемы комического он видел в разработанном им учении об эстетическом.

Для специалистов-философов, эстетиков, искусствоведов, а также читателей, интересующихся вопросами теории искусства и истории эстетики.

Читать /скачать книги Бергсона: royallib.com/author/bergson_anri.html

Материал подготовлен сообществом